— Дэви, — пробормотал Фион. — Именно она должна стоять за этим. Это дракон научил тебя понимать язык старейшин.
Еще больше гэльского. Они веками охотились на Дэви, но она пряталась, якобы бросив их после того, как они послали ее шпионить за лемарианцами. Мужчины спорили о том, что у Дэви было на уме, когда она стала маскироваться под Ориона. Эйслин несколько раз уловила фамилию МакТойрделбах, но так и не смогла разобраться, о чем говорили до и после.
Как только девушка закончила кушать, то спросила:
— Что именно вы обо мне говорите?
— Мне казалось, ты понимаешь гэльский, — заметил Фион на прекрасном английском.
— Вроде как… понимаю. Но не тогда, когда вы так быстро говорите.
— Не имеет значения, — произнес Аравн. — По словам Фиона, тебя не интересует ирландская история. Кроме того, ускоренный курс по твоей родословной займет у нас слишком много времени. Короткая версия заключается в том, что твоя семья и Дэви имеют изначальные связи, начиная с пятого века. Она будет защищать тебя. Это часть древней связи.
Эйслин сощурила глаза, размышляя.
— Не так уж и много, чтобы меня заинтересовать, но я точно чувствую себя подавленно.
Девушка начала формулировать вопросы, но Гвидион быстро встал. Как и Фион, он был невероятно ловким для такого крупного мужчины.
— Я бы взглянул на заклинание на чердаке, которое ты не смогла одолеть, девушка.
Рун забежал на кухню, в его челюсти был зажат кролик. Эйслин надеялась, что все помнят о запрете говорить о Марте, которое сделала нечто с собственными родителями.
— Мы возвращаемся на чердак, — обратилась она к волку. — Ты можешь остаться здесь и поесть. Белла составит тебе компанию. — Эйслин многозначительно взглянула на ворона.
Девушка направилась к задней лестнице. Фион чуть ли ни бегом проследовал за Гвидионом. Эйслин незаметно ухмыльнулась.
«Он не хочет оставлять меня наедине с одним из своих приятелей. Неужели Фион действительно думает, что я начну флиртовать с одним из них?»
Эйслин не смогла сдержаться. Она рассмеялась над абсурдностью происходящего. Девушка еле выдерживала Фиона. И уж точно не собиралась терпеть двоих мужчин.
— Что такого смешного? — спросил Фион, но Эйслин лишь покачала головой, радуясь, что он не выбрал этот конкретный момент, чтобы прочитать ее мысли.
Оказавшись на чердаке, Гвидион направился к углу, на который указала Эйслин. Мужчина поднял посох и стал произносить слова на каком-то языке, который не знала девушка. Полированный посох засветился мистическим светом. В ту же минуту Эйслин увидела заклинание, парящее вокруг двух склепов.
Фион подтолкнул ее к лестнице.
— Береги глаза, девушка. Его заклинания могут быть чрезвычайно яркими.
Она ждала, глядя на развернувшуюся картину сквозь раздвинутые пальцы, но ничего не произошло.
— Какое живое существо могло это сделать? — с любопытством произнес Гвидион.
— Ну, я полагаю, что она была человеком. — Эйслин опустила руки.
— Нет. Это невозможно. — Гвидион повернулась к ним лицом. — Магия распространяется от двух лежащих здесь по всему дому и за его пределами… далеко за его пределами. Не думаю, что дом — это иллюзия. Но мне интересно, что произойдет с ним — и со всем, что с ним связано — если я нарушу заклятье. Мне нужно знать больше, прежде чем я уничтожу его, иначе я могу нарушить нечто, что затем уже не исправить, — в течение нескольких секунд мужчина молчал. — Я бы не был так осторожен, если бы не связь с Талтосом, которая, как мы уже выяснили, существует здесь.
Фион отошел от нее.
— Позволь мне помочь. Мы можем лучше исследовать заклятье.
Кельты подняли руки и начали что-то скандировать. Эйслин внимательно наблюдала за происходящим. Магия очаровывала ее. Так было всегда, даже когда она считала это сферой сказок. Склепы стали видны более отчетливо, когда туман, окутывающий их, отошел в сторону. Изготовленные из блестящего камня, похожего на бежевый мрамор, они сияли теплым светом на фоне темноты чердака. Эйслин отдернула себя, чтобы наблюдать за действиями Фиона и Гвидиона. Тела, лежащие в склепах, на удивление хорошо сохранились. Они не выглядели мертвыми. Лица имели розовую полную плоть. Что такого сделала Марта? Ее родители тоже были колдунами? Пошли ли они на это добровольно или их вовлекли с помощью обмана?
Посох Гвидиона полыхал синим светом, от которого у Эйслин заболели глаза. Фион перешел к дальней стене от склепа и протянул руки, скандируя на странном языке, который ранее использовал Гвидион.
Пожилая женщина села и закинула ногу на край склепа. Седые волосы ниспадали на ее плечи. Она покачала головой, будто пыталась проснуться от долгого сна. Карие глаза сосредоточились на мужчинах. Женщина посмотрела сначала на Фиона, а затем перевела взгляд на Гвидиона.
— Я — хранительница врат, — произнесла она. — Как вы смеете меня беспокоить? — Женщина перекинула вторую ногу.