«Упс. Нужно быть более осторожной».
Эйслин собрала всю свою силу, кроме магического света, который еле освещал помещение, и зашагала вперед.
Через несколько сотен ярдов туннель расширился. Откуда-то сверху начал просачиваться свет, поэтому Эйслин полностью убрала свою магию. Пол туннеля определенно направлялся вверх. Дотронувшись до стены, она медленно двинулась вперед. Еще через сто футов стало очевидно, что она направляется к выходу.
Эйслин прочистила горло. Рун, который шел впереди нее, остановился и стал ждать. Она положила ладонь на его мех.
— Держись рядом. Слейся со мной сознанием.
Волчьи чувства вторглись в ее разум. Девушка учуяла запах старейшин, услышала их. Они были близко. Почему ее собственная магия не уловила их? Эйслин отодвинула беспокойство на задний план, намереваясь определить точное местоположение старейшин. Неожиданно она все поняла.
«Они ходят над моей головой».
Туннель проходил под землей, а значит она, вероятно, находилась прямо под их зданиями. И прямо у них под носом. Замерев, словно кусок скалы, Эйслин прислушалась, благословляя Дэви за способность понимать их язык.
— А я говорю вам, мы должны вернуть девушку сюда. Она имеет ключевое значение с тех пор, как мы потеряли другую.
— Она не хочет приходить.
— Я могу подсластить пирог. Она одурманена одним из этих кельтских вредителей. Если мы заманим его сюда, то она последует за ним.
— Серьезно? Каким именно?
«Они словно кучка старых сплетниц».
Несмотря на свой страх, Эйслин подавила усмешку. Подожди-ка, что они только что сказали? Девушка напряглась, вслушиваясь в гортанные щелкающие звуки.
— …жить в особенном мире.
— Да, жаль, что она никогда не видела это в таком свете. Она ненавидела нас.
— Мы должны были вмешаться после того, как она поймала своих родителей в ловушку и стала перенаправлять их магию…
— Даааа, — перебил кто-то с ярко выраженным шипением. — А я ведь говорил в то время, что ее нужно перепрограммировать, но кто-нибудь из вас меня послушал?
— Мы все уже осознали свои ошибки, — ответил другой успокаивающим тоном. Это Мэтае? Эйслин показалось, что она узнала интонацию.
Один из старейшин издал рвотный звук, прерывая высказывание другого.
В разговоре появился еще один голос.
— Родители оказались верны, но их дочь боролась с нами на каждом шагу, цепляясь за свою человеческую сторону. Да у нас едва хватило энергии, чтобы сохранить Талтос. Работа с ней истощила бы нас еще больше.
— Конечно, мы смогли бы справиться с одним одиноким человеком…
— У тебя память как у рыбки. Дело не в том, что мы не пробовали. Она была неуправляема, особенно после того, как загнала своих родителей и подключилась к их магии.
— Тихо. Об этом нельзя говорить вслух.
— По крайней мере, это поддерживает врата, поэтому нам не нужно…
Последовал звук пощечины и потасовки. Эйслин продолжала прислушиваться еще несколько минут, надеясь узнать больше, но разговор резко оборвался.
Отголоски шагов спереди заставили девушку ринуться обратно в туннель. Эйслин не знала, почувствовали ли старейшины ее присутствие, но не стала дожидаться подтверждений. Она попыталась двигаться как можно тише, но камни хрустели под ее каблуками. Девушка бежала, основываясь на чувства Руна, который до сих пор был в ее сознании.
— Снова вернулась, малышка? — раздался бас над ее головой.
Эйслин завизжала, вглядываясь в темноту. Рун задрожал возле девушки. Он зарычал бы, но она приказала волку молчать. Эйслин прижалась к стене туннеля. Потянув Руна к себе, она отключилась от его разума, чтобы он был в безопасности.