— Он прав, — согласился Фион. — Магия, на которой основывается ваша связь — это синергическая энергия, которая не строится только на чьих-то индивидуальных особенностях.
Эйслин села рядом с Руном.
— Только не оставляй меня больше, — пробормотала она. — Там у меня будут связанны руки. И я не уверенна, смогу ли справиться, если буду постоянно о тебе беспокоиться.
— Тогда больше не отправляй меня прочь.
Белла, сидя на ветке, неразборчиво что-то прокричала. Эйслин предположила, что птица выразила поддержку волку.
— Ладно. — Эйслин встала и подняла руки в капитуляции. — Я точно могу уловить момент, когда остаюсь в меньшинстве. Давайте разрабатывать стратегию. Что такого важного нам стоит помнить о старейшинах?
Утро наступило слишком быстро. Эйслин спала в объятиях Фиона, а с другой стороны к ней прижимался Рун. Это было так правильно. Будто она принадлежала им обоим. Эйслин одолевал соблазн взять и отступить. Маловероятно, что ее уловка сработает. В этом случае она подставит не только себя, но и своего волка.
— Они знают, что мы здесь, — произнес Рун. — Тебе пора идти. Старейшины подумают, что что-то случилось, если ты, преодолев такой путь, вдруг развернешься и вернешься домой.
Эйслин посмотрела на волка.
— Я и забыла, что ты умеешь читать мои мысли.
— Очень полезная штука. — Рун встретил ее взгляд и высунул язык. — Кто-то же должен направлять тебя на истинный путь. — Эйслин удивилась, что он использовал человеческое идиоматическое выражение, и задумалась, откуда он их знает. В глазах Руна мелькнула боль. — Раньше так говорила Марта.
— У волка есть своя точка зрения. — Фион присел у близлежащего ручья, готовя завтрак из измельченных кедровых орехов и ягод, которые он обнаружил накануне вечером. — Осуществление твоего плана полностью зависит от старейшин, которые до сих пор считают, что ты им доверяешь.
— Поэтому мне стоит вести себя как обычно. — Эйслин пожала плечами. Но это будет тяжело. Она никогда не была хорошей лгуньей. — Завтрак готов? — Девушка не очень-то хотела есть, но ей нужна была энергия.
— Неси сюда свою чашку.
Эйслин вытаскивала шелуху орехов из своей кружки, когда Фион полез в один из своих многочисленных карманов. Мужчина вручил ей кусок обтесанного рекой кварца. Прозрачный камень был с вкраплением каких-то зеленых пятен.
— Хочешь, чтобы я взяла его с собой? — Когда Фион кивнул, она в недоумении выгнула брови. — Зачем?
— Он связан с моей магией. Если попадешь в беду, то прижми камень к губам и выдохни мое имя.
— Просто произнести Фион? Или нужно упомянуть еще и фамилию?
Наклонившись, Фион зашептал ей на ухо.
Эйслин резко отпрянула и удивленно открыла рот. У нее перехватило дыхание.
— Н-неужели ты в действительности… — она запнулась. — Это невозможно. Скорее всего, это просто фамилия твоего отца. Верно?
Фион просто посмотрел на нее. В его голубых радужках замерцали зеленые пятнышки.
— Тебе пора идти, — он сделал паузу, затем добавил слово «девушка» и подмигнул Эйслин.
«С каждым разом он становится все более странным. Я чувствую себя Алисой, потерявшей белого кролика».
Эйслин наклонилась к рюкзаку, лежавшему у нее в ногах, и начала собирать свои вещи. Еще до того, как Фион прикоснулся к ней, девушка почувствовал жар от его тела. Создавалось впечатление, будто между ними сверкают искры.
Фион обхватил ее руками.
— Повернись, — приказал он.
Может из-за того, что теперь Эйслин более внимательно вслушивалась в его говор, но она уловила легкий ирландский акцент. Это напомнило ей о матери. Если бы в детстве ей не рассказывали столько кельтских мифов, то она не узнала бы эту фамилию. Развернувшись у него в руках, девушка посмотрела на Фиона.