— Ага, я люблю их.
— Мы достанем мясо, — добровольно вызвался Рун.
— Отлично. — Белла замахала крыльями в воздухе. — По два каждому, — бросила она в ответ. Видимо, почувствовав вызов, Рун подскочил и исчез в густом лесу.
— Удивлен, что она оставила нас в покое, — сухо прокомментировал Фион.
«Это кажется хорошим началом. Может, если я буду молчать, то он расскажет мне больше».
Эйслин проследовала за ним обратно к озеру, по пути срывая известную ей зелень. Когда они достигли кромки воды, она уже набрала огромную охапку сочной еды.
— Не набирай больше.
Фион повернулся к ней и забрал часть растений, которые Эйслин несла в обеих руках.
— Я всегда срывал только кресс-салат или лук. А это что?
— Ну… — Она кивнула на одно из растений. — Это волшебные колокольчики9. Это бубенчик ползучетравяной10. Вот это лопух11. А это лилии марипоса12. — Эйслин вытащила пару пучков из-под других растений. — Мята.
— Ну, ее-то я знаю, а вот другие нет. Откуда ты о них узнала?
— От отца. Его интересовали подобные вещи, поэтому он много раз брал меня с собой в отдаленные районы. — Казалось, Фион расслабился, поэтому Эйслин решила рискнуть и влить в свои слова немного успокаивающей магии. — Что ты имел в виду, когда сказал, что удивлен, что птица оставила нас в покое?
Фион переминался с ноги на ногу, но не спускал с нее взгляда.
— Ах, это. Ну, у меня было несколько женщин. И ей не понравилась ни одна из них.
— И что же она сделала?
Он наклонился и выдернул пучок дикого лука из земли.
— Зачем тебе это?
— Так я буду готова, если она пытается сделать то же самое со мной.
— Ты ей понравилась.
— С чего ты взял?
— Иначе она бы не оставила нас в покое. И волк ей твой тоже понравился, — он говорил, как ни в чем не бывало. — Она ненавидит росомах и сов, вот с ними была бы проблема.
— Как может кто-то ненавидеть сов? — Для Эйслин это было загадкой. — Они же такие красивые.
Он пожал плечами.
— Спроси об этом Беллу. Уверен, она обязательно объяснит тебе свою неприязнь. Думаю, нам хватит. Давай вернемся.
Любопытство жгло ее изнутри. Фион до сих пор очень многого ей не рассказал. Что, черт возьми, могла сделать птица, чтобы запугать человеческую женщину?
— У нее не только острый клюв, но и острый язык, — пробормотал Фион.
— Ты можешь читать мои мысли? — Эйслин в шоке остановилась.
Он кивнул.
— Угу. Это мой второй дар. Разновидность магии Целителя. Вот почему я знал, как, э-э… неважно.
Эйслин все поняла. Именно так он узнал, что так отчаянно ранее требовалось ее телу.