Рун взвыл.
— Прости. Воздух не отравлял меня… иначе я бы предупредил Фиона.
— Это не твоя вина. — Эйслин повернулась к Таре. — Давай, мам. Говори.
— Хм! Раньше ты была более уважительной.
— Конечно, ведь тогда у меня еще была нормальная жизнь и двое родителей.
Ее мать стала такой грустной, и Эйслин пожалела, что не сдержалась.
— То мстительное существо знало, что вы все придете, — наконец, произнесла Тара. — Он был в форме шара…
— Откуда ты это знаешь?
— А как же иначе, доченька? Я шпионила за ним. Он не проявлял к нам дружелюбности. У нас мало что осталось, а если бы мы позволили, то он бы украл у нас последнее.
«Все, что отвергается…»
— Продолжай, — тихо пробормотала Эйслин. Девушку пронзило сострадание к матери. — Я больше не буду тебя перебивать.
— Он знал этих четырех кельтов. Я слышала, как он ругался в своей непристойной спальне. Особенно на Фиона. По какой-то причине Слотос ненавидел его с дикой яростью. Он расставил кельтам ловушки…, вдохнул в них их имена. Другим он просто позволил блуждать в замешательстве. Думаю, он не верил, что люди достаточно хитры, чтобы найти выход из сложившейся ситуации.
«Итак, теперь хотя бы понятно, что случилось с Гвидионом, Аравном и Браном».
— Мама, подожди минутку. Знаю, что обещала не перебивать, но раз ты в курсе, как выглядят ловушки Слотоса, то не могла бы ты посмотреть, сможешь ли найти остальных?
— Я займусь этим. — Волк вприпрыжку выбежал прежде, чем Эйслин успела закончить предложение.
Тара погрозила ей пальцем.
— Не следует произносить вслух имя лукавого. Это плохая примета.
Эйслин горько засмеялась.
— Да уж, я уже потеряла всю сопутствующую удачу. Ты говорила, что знаешь, где Фион. Почему я не могу связаться с ним сейчас, когда он лежит прямо передо мной?
— Фион выставил защиту, чтобы не впускать зло. Может, он просто спит. А может, находится в другом месте. Я только знаю, что его здесь нет. Даже несмотря на то, что я ощущаю его тепло, я совершенно не чувствую личность Фиона, — Тара замолчала. — Ты должна обратиться к Гвидиону, хозяину чародеев, если он тоже здесь. Или к дракону.
Эйслин стиснула зубы. Последнее, чего она хотела, это просить помощь у Дэви. Не после того трюка, который она провернула с Минотавром, но девушка не собиралась позволить Фиону пропасть, где бы он ни был.
— Должен быть другой способ, — пробормотала она.
— Откуда ты узнала о магии, доченька? — неожиданно спросила Тара.
— Было легче принять ее, чем следовать за тобой в вихрь.
— Ох, — последовала пауза, — прости. Я не очень хорошо тебя подготовила. Но я не смогла найти способ вернуться в мир без твоего отца.
Эйслин взмахнула рукой.
— Все в порядке, мам. Ты же не знала, что это произойдет.
— Ох, но ведь я все знала. — Тара указала костлявым указательным пальцем в небо. — Дар Провидца во мне очень силен. Я говорила Джейкобу, что мы должны прекратить исследование парада планет, но он настоял на своем. — Один уголок того, что осталось от ее рта, опустился. — Я никогда не могла ни в чем отказать этому мужчине.
Сидя в темном каменном коридоре с магическим светом, подвешенным сверху, и сжимая руку Фиона, Эйслин хотела накричать на свою мать, чтобы напомнить ей, что у нее был долг и перед дочерью. Девушка проглотила горькие слова. Сейчас было неподходящее время. Кроме того, это ничего не изменит. Гнев подпитывал Эйслин, у нее едва хватало сил, чтобы оставаться в сознании и двигаться вперед.
«Где ты?»