— Прости. Просто устала. Что происходит?
— Все уладилось, как только Дэви убила того мальчишку. Кто-то отправился предупреждать, а кто-то захотел привести подкрепление.
— Когда мы отправляемся в путь? — Эйслин смотрела на Гвидиона, отмечая серьезность его лица, светлые косы и холодные голубые глаза.
— С рассветом. — Должно быть девушка выглядела невозмутимо, потому что он просто положил руки ей на плечи и повернулся Эйслин к дому. Отпустив ее, Гвидион шлепнул Эйслин по заднице.
— Отдохни. Ты же не можешь упасть с Дэви, верно? — Смех, который раздался за ее спиной, звучал очень жестоко.
«Хм. Такое ощущение, будто на самом деле он хочет сбросить меня со спины Дэви…»
К Эйслин подбежал Рун. Она хотела спросить, где он был, но это не имело значения.
— Где Фион?
— Внутри с тремя другими.
— Но я только что разговаривала с Гвидионом.
— А я только что оставил всех троих сидеть на кухне, — настаивал Рун.
«Гвидион — колдун, — напомнила она себе, — с силой, которую я даже не могу представить».
Пока Эйслин поднималась по ступенькам, то думала о Фионе. Не совершила ли она ошибку, не опасаясь магии, исходившей от мужчины? Когда наступит решающий момент, то останется ли Фион таким же преданным?
«Ага, может я для них всего лишь болтливая девчонка из проклятого пророчества».
Эйслин пропустила Руна на кухню, а затем зашла следом, попытавшись скрыть свое кислое настроение. Гвидион наблюдал за девушкой со своего места и широко ухмылялся.
Эйслин не смогла сдержаться.
— Как у тебя это получилось? — требовательно спросила она.
— Что именно? — Фион перевел взгляд с клочка бумаги, на котором что-то рисовал обугленной палкой, на Эйслин.
— Я только что разговаривала с ним на улице. Но его там нет, ведь он теперь здесь.
Фион закатил глаза.
— Да уж, это его старый трюк. Не обращай внимания.
Белла что-то прокаркала со своего насеста на плите. Звучало так, будто птица смеялась.
— Раз уж мы собрались… — Эйслин прислонилась спиной к стене и медленно заскользила вниз, развалившись на полу. — Почему тот парень, который предупредил нас о негодовании толпы, смеялся, когда я ушла?
— Думаю потому, что идея увидеть реального огнедышащего дракона очаровала его, девушка. — взгляд Фиона стал серьезным. — Людям очень не хватает смеха. Не завидуй тому, что кто-то испытал немного радости.
Эйслин опустила голову на руки. У нее начиналась мигрень. Глаза болели. Когда девушка попыталась оценить свое общее состояние, то осознала, что пострадало все ее тело. Мышцы ныли. Эйслин закрыла глаза, разговоры, которые проходили то на повышенных тонах, то очень тихо, превратились в приглушенный гул. Она почувствовала рядом с собой энергию Фиона. Мужчина поднял ее на руки, прижимая к себе так, будто Эйслин ничего не весила.
— Отдохни, — пробормотал он ей в волосы, укладывая Эйслин на кровать. — Я разбужу тебя, как только мы приготовим что-нибудь поесть.
Фион приказал Руну присматривать за ней. Волчье рычание было последним, что услышала Эйслин, прежде чем ее накрыло тьмой, словно этот тяжелый занавес, уничтожил все вокруг.
Эйслин ненадолго очнулась, чтобы поесть из миски, которую принес Фион, и избавиться от пропитанной потом одежды, которая высохла на ее теле. В следующий раз девушку разбудили губы, прокладывающие дорожку из поцелуев вверх по ее ноге.
— Пришло время уходить?