Пахом ускорил шаг. Лоб покрылся испариной. Он быстро вытер пот тыльной стороной ладони. Топот за спиной. Он побежал. Но запнулся о корень, переползавший через тропинку, и растянулся во весь рост, еще и ткнулся лицом в землю. Его больно пнули между лопаток. Наступили на спину.
— И куда мы бежим? Спортсмен что ли? Спринтер?
Удар по голове. Хорошо, что успел закрыть руками голову, понимая, что это самое опасное место. Хотелось уйти под землю.
— В другой стороне вокзал! Тебе же на поезд надо. Чего молчишь? А?
Его опять пнули в бок. Пахом перевернулся набок и подобрал под живот ноги. Поза эмбриона. Самая защищенная.
— Да! На поезд надо. Если он уже не ушел.
— А чего ты побежал в другую сторону. Или ты пьяный или тупой? Чо молчишь?
И опять пнули. Кажется, на этот раз девица, потому что удар был не плоский, а точечный. И небольно.
— Там вокзал! А не там? Чо молчишь? А?
Опять пнули. Но пинали несильно. И Пахом понял, что бить его и калечить они не будут. По крайней мере, пока.
— Перепутал я. Стороны перепутал.
Опять заржали. Ему стало жутко.
— Ты чо, дебил? Чо молчишь? Чо за падло говорить с правильными пацанами, дебил? Чо, дебил? Ну, чо молчишь?
— Да! Дебил! Я дебил.
— А чо тогда развалился, раз дебил? Если дебил, тогда вставай на ноги. Чо боишься что ли? Вставай!
— На поезд мне надо. Я с поезда.
— Вставай! Уйдет твой поезд. Чо лежишь?
Пахом медленно поднялся. Сначала встал на четвереньки, ожидая в любое время удара, потом поднялся на ноги, прикрывая руками пах. И поднял взгляд на своих преследователей. Они стояли спереди и сбоку.
Четверка с любопытством разглядывала его. Он старался не глядеть им в лицо.
— У меня нет денег, ребята, с собой. Там в поезде оставил. Давайте я принесу. Я быстро. Там у меня деньги. Я с собой немного брал. Вот пиво купили, попить, пока поезд стоит. А там у меня есть деньги.
Заржали. Долговязый даже стал подражать лошади. У него получалось.
— Иго-го! Иго-го!
От этого лошадиного ржанья другие развеселились еще больше. И тоже стали ржать, как лошади. Иго-го!
4.1 ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Лупоглазый ФИЛИПП ткнул его кулаком в грудь. Впрочем, не больно. Довольно хмыкнул.
— У тебя бабла много? А?
— Ну, так есть немного. Издержались на билеты, то се, — проговорил Пахом миролюбивым тоном. — Есть немного.
— Чо студенты? А?
— Ну да, в общем. Так.
Снова ржут. Девица показала оттопыренный большой палец. Этот жест вызвал новый взрыв хохота. Иго-го!