ведет себя, как осуждающий засранец. Это не имеет значения. Как и
сказала Киа, я не должна влюбляться в него — слава Богу, потому что этого
никогда не произойдет. Это всего лишь перепихон. Я полностью согласна
на дикий, полной ненависти и страсти секс. Спросите любого из моих
бывших, с кем я спала после того, как мы расстались.
Он пожимает плечами и посылает мне самую вызывающую и
сексуальную улыбку, которую я когда-либо видела, его жемчужно-белые
зубы появляются за раскрытыми губами.
— Так вы относитесь ко всем своим потенциальным клиентам? —
спрашиваю я.
— Нет, но у меня такое чувство, что ты здесь не из-за татуировки.
Я хмурюсь.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что все время что ты здесь, ты наблюдала за мной и не
посмотрела ни одной из моих работ в портфолио. Это не очень типично для
того, кто пытается определиться с тем, какую татуировку сделать.
Он говорит достаточно громко для того, чтобы все его услышали.
Машинки таинственным образом затихают, и у меня такое чувство, будто у
нас появилась аудитория. Оглядываясь вокруг, я убеждаюсь в этом, когда
мастера и их клиенты поворачивают свои головы.
— Ты прав, — признаюсь я, разговаривая тихо и надеясь, что он
сделает также. — На самом деле, я здесь, чтобы поговорить с тобой. Мы
можем это сделать где-нибудь наедине?
— О чем? Меня проверяют или что?
— Что? Нет.
Я одета, как сборщик налогов? Оглядываю свое простое черное
платье и практичные шпильки. Мои волосы собраны в пучок, и я в очках
вместо линз. Думаю, сегодня выгляжу немного скучно. Наверное, стоило
надеть что-то более откровенное, если я собираюсь попросить незнакомца
переспать со мной. Я слишком нервничала, чтобы подумать об этот