— А ну-ка потише! — скомандовал Симмонс и повел спутников к стойке. Продемонстрировал клерку синий с золотом жетон и сказал: — Чарлз Грэнвилл.
— Сожалею, инспектор. Человек с такой фамилией у нас не регистрировался.
— Сержант, — буркнул Симмонс. — Давай сюда последнюю карточку.
Они тщательно изучили регистрационную карточку.
— Мистер Уилкинс только что прибыл из Чикаго, — начал осторожно объяснять клерк. — Он…
— Это Грэнвилл, — перебил полицейский. — Какой номер?
— Сержант, я не уверен, что…
— Номер!
— Позвольте объяснить! Мистер Уилкинс категорически потребовал, чтобы его не…
— Я не собираюсь с тобой пререкаться! Мне нужно знать, где его найти.
— Пожалуйста, ответьте! — взмолилась Джинни. — Он, возможно, болен… Счет идет на минуты!
— Я же сказал, что сам этим займусь! — рявкнул Симмонс и вперил в клерка ледяной взгляд. — Даю ровно одну минуту, чтобы вспомнить…
— Уже не надо, — сдавленным голосом произнес Гарднер и показал на спускающуюся кабину лифта.
В ней стоял Грэнвилл: окаменевшее бледное лицо, напряженное тело, руки вытянуты по швам. Он был похож на неопытного оратора, в самый ответственный момент забывшего речь.
Как только створки двери разъехались и Грэнвилл шагнул наружу, к нему с криком «Чарлз!» бросилась Джинни.
Он вскинул руки навстречу и заключил ее в объятия.
— Джинни… милая Джинни…
Увидел подступивших мужчин, Грэнвилл улыбнулся:
— Симмонс… Гарднер. Здравствуйте. Пришли спасти меня от бесславной гибели?
Гарднер вгляделся в его лицо и произнес:
— Морфин?
— Пожалуйста. — Не отстраняя девушки, Грэнвилл сунул руку в карман и вручил Гарднеру коричневый пузырек — Это он тебя так беспокоил?
— Ну… помимо всего прочего, — буркнул Гарднер. — Что там с тобой случилось? Очухался?
— Отчего?
— От чего? Да я могу целый список огласить… но сейчас не время. Больше не будешь лопотать про обманы-мистификации?
— Какие еще мистификации?
— С участием Ковена.
— Ковена? Это тот бедолага с утреннего ДТП? А он тут при чем?
— При чем?.. — оторопело переспросил Гарднер. — И Арно ни при чем?
— Это еще кто?