– И не спрашивайте у меня подробностей о свадьбе, потому что я в жутком стрессе. Может, это и самовнушение, но сначала кажется, что это будет проще простого, а потом мало-помалу начинаешь волноваться, тосковать и думать, что все может пойти не совсем так, как хотелось бы. Сначала думаешь о свадебном приеме, который кажется тебе катастрофой, а потом представляешь себе жениха, который за день до свадьбы удирает со своей бывшей или со стриптизершей с тоскливейшего мальчишника…
Я смеюсь.
– Сожалею.
– Почему?
– Потому что я заранее знаю, что мой мальчишник будет развеселым.
– Ай да молодец, браво! И ты надо мной посмеешься, убежав с какой-нибудь?
– Пока нет… Я это решу в последний момент: если ты приедешь в церковь, а там никого нет, значит, произошло именно так, как ты сказала.
– Это как?! Нет, погоди-погоди… Давай-ка скажи мне об этом сразу. Избавь меня от напрасных волнений.
– Ладно, ты меня убедила. Так уж и быть, приду.
– Отлично, я рада! Только не передумай, ладно? Я была на нескольких свадьбах и не понимаю невест, которые идут к алтарю в слезах. Некоторые прямо рыдают, словно идут на казнь! По мне, так свадьба должна быть красивой, веселой, приносящей счастье…
Я смотрю на Джин – на то, как она говорит. Она кажется мне такой милой; ее глаза светятся, в них стоят слезы радости, она лучезарно улыбается. Ее восторг удивительный, заразительный.
Она смотрит на нас, потом на секунду задумывается, и наконец ее одолевает сомнение.
– Ой, вот я говорю-говорю, а может, и сама зарыдаю первой.
И все мы смеемся.
– Я осушу твои слезы.
Джин оборачивается и внезапно бросает на меня пристальный взгляд.
– При условии, что это будут слезы радости. Тогда осуши их своими поцелуями.
Маркантонио поворачивается к Эле.
– Черт побери, а вот ты мне никогда ничего подобного не говорила.
– Ты не дал мне времени!
– Если бы ты мне сказала что-нибудь подобное, я бы на тебе женился.
Эле оборачивается к Джин.
– Но почему? Ты ему сказала что-нибудь подобное, чтобы убедить его на тебе жениться?
– Нет, я ему пригрозила.
– И он испугался?
– Ужасно.
Эле подхватывает игру и качает головой:
– В самом деле… Я-то знала, что этот Стэп только блефует! Я думаю, что он даже никого никогда не бил, это все миф.
Я смеюсь.
– Совершенно верно: били всегда меня.