Чтобы провести столь огромную армию через портал потребовалось более шести часов. Русские действовали чётко, как будто по уже не раз отработанной схеме. Сначала через портал проходят мизгири, если всё нормально, один из них возвращается и следом идут технопехотинцы, занимая оборону. Потом настаёт черёд зенитных средств, в течении десятков минут развёртывающиеся на той стороне и закрывающие небо от возможного удара. Дальше уже проходят все остальные. При этом установки открытия портала дублируются и одна проходит в самом начале, чтобы, в случае внезапного нападения ещё на этой стороне не оставить тех, кто успел пройти туда без возможности вернуться домой, а вторая группа учёных держащих портал открытым идёт последней, закрывая проход за собой.
Конечно, в войне с общим врагом, все люди сражаются бок о бок и нет большой разницы русский ты, или американец или солдат армии одной из островных республик. Но это сейчас нет разницы, а когда-нибудь потом она вполне может появиться. Плох тот солдат, кто, сражаясь, не думает о победе. А генералам нужно думать и о том, что будет после победы, как бы далека и эфемерна она не казалась в этот тяжёлый момент. Исходя из этих мыслей, офицеры союзников тщательно документировали действия русских. Разве плохо перенять боевой опыт? Стать сильнее, чтобы яростнее сражаться с общим врагом. И чтобы потом, после победы, когда она наконец будет, сказать своё весомое слово в том, разорённом многолетней войной, послевоенном мире.
Когда переход закончился, русские кгб-шники наконец сочли возможным посвятить старших офицеров союзников в план готовящегося удара. Предполагая, что демоны могут ожидать их на наиболее удобных и вероятных местах нанесения удара, русские решили выбрать для атаки менее удобные цели. В целом правильная тактика. Чем длиннее манёвры, тем неожиданней сам удар. Они предлагали пройти через два промежуточных малонаселённых мира, преодолевая расстояния между портальными площадками обычным образом и таким образом выйти в один из материнских миров демонов, где их точно не могли ждать. А дальше уже действовать по ранее определённой тактике уничтожения городов-ульев, пока демоны не успеют опомниться. Разделить силы на ударные кулаки, чтобы иметь возможность атаковать сразу несколько ульев. Скорость и только скорость. Когда же демоны опомнятся и соберут силы, на месте их городов останутся светящиеся радиоактивным заражением руины, а земляне уйдут через портал, засеяв подступы к нему самоходными минами и автоматическими боевыми точками, чтобы выгадать время для возвращения через цепочку миров обратно на Землю. По отчётам аналитиков, имеющихся спецбоеприпасов достаточно для уничтожения от трёх, до шести крупных городов-ульев. Русские сказали, что, исходя из допросов пленных демонов, города-ульи в материнских мирах демонов часто групируются вокруг порталов на расстоянии сто — двести километров. Это расстояние кажется высшим демонам достаточно безопасным, чтобы успеть перехватить возможную угрозу из другого мира. Когда они возводили свои ульи, то ещё не встречались с самоходной дальнобойной артиллерией людей! Не знали ни скорости её передвижения, ни дальности атаки.
Странно было совещаться под небом иного мира. За разборным столом установленном прямо на колючей траве, покрывающей всё вокруг сплошным ковром и выглядевшей так, будто привычный земной кустарник уменьшили в десятки раз и засадили им любой свободный пятачок земли в пределах видимости. Не хотелось бы пройти по таким колючкам босиком, но в армейских ботинках вполне нормально. Только пружинит при каждом шаге, как будто наступил на пучок проволоки, и он ожидает пока ты поднимешь ногу, чтобы распрямиться и вернуться в обычное положение.
Рядовые не стеснялись крутить головой. Причём не только союзники, но и русские солдаты тоже. Это частично подтверждало слова маршала Башурова, что русские не посылали крупные отряды за грань до этого момента. Подтверждало, но не доказывало. Тем более, что русские офицеры и кгб-шники, или как они там сейчас называются, вели себя более чем уверенно. Словно каждый второй день ходят в другой мир и им привычно и небо с желтушным оттенком и похожее на земное, но чем-то отличающееся от него, так, что при взгляде сразу становится понятно — не родное, чужое, солнце.
Приглашённые на совещание старшие офицеры союзников старались лишний раз не оглядываться и вести себя как ни в чём не бывало, будто совещание проходит в штабе и над головой потолок, а не жёлтое небо чужого мира. Или, если не потолок, то хотя бы земной небосвод привычного голубого цвета без чуждого желтушного оттенка. Скрывать любопытство у союзников получалось откровенно плохо и должно быть русские кгб-шники, в мыслях, посмеивались, хотя все сидели с привычно непроницаемыми лицами.
Взяв слово, командующий сборным международным соединением, генерал-полковник, описал ситуацию и выбранную тактику. Никто не возражал. Этой операцией управляли русские, они захватили действующий портал и, главное, разработали способ перемещения между мирами сферы. Войска союзников здесь в первую очередь чтобы в будущем русские не смогли сказать, что первый крестовый поход в материнский мир демонов был исключительно их походом. Нет, это слишком важное, даже переломное событие и засветиться в нём должна каждая свободная страна, входящая в коалицию человеческих государств. Ну а кроме этого, сейчас они действительно все вместе сражаются с одним общим врагом. И эта битва ещё слишком далека от завершения и слишком тяжела, чтобы можно было допустить роскошь внутренней грызни перед лицом демонического легиона.
Николас Соджалино всего лишь старший уоррент-оффицер. Его звания недостаточно, чтобы сейчас находиться среди высших офицеров в импровизированном штабе издалека похожем на пикник под открытым небом, если бы не обилие больших звёзд на полевой форме и не серьёзные, даже мрачные, лица присутствующих. До него и для других вышестоящие офицеры доведут конкретные задачи позже.
Когда другие солдаты взбудоражены фактом нахождения в другом мире, отстающем от солнечной системы в реальном пространстве на неизвестное число парсеков. Может быть на десятки, а может быть и на сотни или даже тысячи. Чёрт, да они сейчас могут быт даже в другой галактике. Но для Николаса это не важно. Пока его товарищи удивляются схожести иного мира с земным и захлёбываясь, как будто бояться, то не успеют, перечисляют друг другу найденные отличия, старший уоррент-оффицер Соджалино хмур и нелюдим. Он ищет одиночества, словно раненный зверь и скрывается под искусственным освещением в недрах боевой машины. Как будто если лишний раз появиться под чужим, желтушным, небом, кто-то там, с другой стороны облаков, может бросить на него скорбный взор и распознать предателя. Но разве не будет он в сто раз худшим предателем, если позволит умереть самым близким своим родным остающимся заложниками в руках демонов? Что такое «интересы человечества» или, чуть более конкретно, «американские интересы»? Для кого-то это может быть «всем», а для Николаса всего лишь пустые звуки. Что такое «семья»? Для кого-то иного, быть может, не так много, как должно было бы быть. А для Николаса семья весь его мир, всё, ради чего, он живёт и сражается.
Русский адмирал потерявший свой флот, работающий на демонов инферал Кравцов, хорошо знает своё дело и крепко поймал Николаса в ловушку привязанностей. Настолько крепко, что даже осознавая то, что находится в ловушке, он не находит в себе сил попытаться выбраться из неё.
Криво улыбнувшись смазанному отражению в тёмном провале выключенного монитора, Соджалино достал из кобуры личное оружие. Здоровенный пистолет весит как утюг изрядно оттягивая руку. Что поделать, какой противник, такое и оружие. Даже из этого монстра мало шансов убить низшего демона вроде того же четырхрукого в схватке один на один. Для этого сподручнее использовать винтовку технопехотинца, только поднять её без экзосклета сама по себе проблема, а уж прицельно выстрелить и вовсе.
Учитывая, что рост четырёхрукого легко может достигать трёх — четырёх метров, череп у них покрепче чем у слона, а более мелкие ракшассы защищают себя магическим щитом, который из вот этого тяжёлого пистолета пробьёшь только при выстреле в упор. Учитывая всё это, то зачем офицерам вообще носить личное оружие? Разве только затем, чтобы можно было из него застрелиться.
Соджалино покрутил в руках тяжёлый, как старинный утюг, пистолет и чуть ли не со вздохом вернул обратно в кобуру. Вышедший на контакт с ним посланник демонов предупредил, что в случае его смерти до выполнения задания, намеренной или нет, самоубийства или нет, его родственники в руках демонов умрут страшной смертью. Более страшной, чем большинство тех, кого демоны съедали, перерабатывали в магическую энергию на своих алтарях или, это, пожалуй, самое страшное, использовали для развлечений и размножения. Впрочем, для них процесс размножения лишь один из видов развлечений. Подавляющее большинство низших демонов выращиваются в городах-ульях, которые армия мстителей должна будет сжечь ядерным огнём. Должна, но не сможет. Из-за предателя по имени Николас Соджалино слишком сильно любящего свою семью и недостаточно сильно абстрактное человечество.
Он снова расстегнул кобуру. Ладонь легла на рукоятку. Пальцы сжались, но пистолет остался в кобуре. Кого Николас обманывает? Может быть себя?
Почувствовав за спиной движение, он едва успел разжать пальцы и придать себе занятой вид. Нарушивший его одиночество сержант принёс новость, что какой-то исландский офицер покончил с собой. Застрелился из табельного оружия.
Армия гудела. Все двадцать тысяч человек, на девяти языках, обсуждали немотивированное самоубийство исландского офицера. Русские безопасники провели расследование, но не смогли ничего добавить к уже известному. Исландец сам, непонятно почему, разбросал свои мозги по всему салону бронетранспортёра. Пока другие обсуждали новый мир, где оказались, с удивительным, жёлто-голубым, небом и жёсткую проволочную траву, и чужое солнце, чуть больше и чуть желтее привычного земного. Исландец остался в одиночестве в кабине бронетранспортёра. Снял шлем. И расплескал содержимое своей дурной головы на половину салона. Последнее особенно возмущало простых пехотинцев. Задумал за каким-то чёртом убить себя — так постарайся не доставлять неудобств товарищам. Им мало что сейчас оттирать салон, так потом ещё ехать в нём. А оттереть нормально один чёрт не получится. Вот что на него нашло?
Николас знал, что или, вернее, догадывался. Должно быть неизвестный ему исландский офицер являлся ещё одной жертвой хитроумного инферала Кравцова. Также, как и он, пойманным в ловушку привязанностей. Ещё один агент демонов. Дублирующий его, Соджалино. Или может быть он дублирующий? Какая разница. Интересно только сколько ещё невольных агентов, чей задачей является вызвать огонь на себя и не дать армии мстителей выполнить задачу, сорвать операцию «гнев»?
Исландец не выдержал. Он сломался. Сам ушёл легко, а своих родных обрёк на ужасную смерть. Или демоны поймали его на что-то иное?
Если бы Николас твёрдо знал, что он единственный, что нет других, дублирующих агентов, то, тогда… Хотя кого он обманывает. Даже в этом случае… Николас не знал, как бы он поступил. Может быть подошёл бы к прямому командиру и чётко доложил: так и так, предал интересы человечества, прошу арестовать и немедленно расстрелять перед строем. А может быть продолжил бы ждать подходящего момента, чтобы выполнить свою миссию. Миссию предателя.
Только Николас был уверен, что кроме его и исландца есть ещё и другой. Возможно не один. Возможно их много. А если так. Если армии мстителей всё равно предстоит бесславно погибнуть, не выполнив поставленную задачу, то пусть хотя бы семья Соджалино будет жить. Демоны их отпустят. Они обещали. И, в отличии от людей, демоны не предают тех, кто предаёт ради них.
Расследование самоубийства закончилось ничем. Но времени медлить нет. Машины выстраиваются в походный порядок. Вокруг колонны описывают круги дроны. Шум и лязг. Передвижение столь большого числа техники должно быть напугало местное зверье до кончиков их пушистых хвостов. А у них есть хвосты? Интересно было бы посмотреть на инопланетных зверей. Хотя нет, не ври себе Николас, это может быть интересно другим солдатам, но не тебе. Ты как выпущенная из ствола обычная, не корректируемая, пуля. Летишь по чётко заданной траектории и не можешь сменить её. Просто нет возможности у уже вылетевшей из ствола обычной пули самостоятельно изменить траекторию своего полёта.
Тема тринадцатая. Не толерантные к людям миры
Тёплый, влажный ветер со слабым привкусом соли и выброшенных на берег, высыхающих водорослей обдувал лица столпившихся перед монитором людей. Ветер дул с моря и пах им. И именно море, его прибрежную часть, показывал экран. Картинка шла от парящего на максимальной высоте тактического дрона. Остатки разбитой эльфами экспедиции: дипломаты, безопасники, солдаты, учёные и техники взволнованно переглядывались. Дрон показывал, что к их берегу идёт парусный корабль.
Собравшиеся вокруг монитора люди разбились на две неравные группы. Одни настаивали на том, чтобы как можно быстрее отправиться в путешествие по мирам великой сферы в надежде рано или поздно дойти до Земли. Другие, и их оказалось достаточно много, не один человек, не два и даже не десять, считали, что уходить сейчас, из этого тропического рая, самоубийство. Они не говорили прямо, и никто ещё не осмелился произнести вслух страшное слово «дезертирство», но рано или поздно это должно будет случиться. Пока же они упирали на то, что людям нужно отдохнуть, а их главному проводнику, эльфу Шанданесу, окончательно восстановиться. Опять же нужно время, чтобы максимально отремонтировать технику, насколько то возможно в полевых условиях. Может быть дополнительно исследовать мир, куда они попали и так далее. Не уходить сейчас. Потом, позже. Когда-нибудь потом.
Шанданес стоял за спинами столпившихся людей. Он кутался в плащ, скрывая от солнечного света чудовищный ожог во всю спину, впрочем, уже почти заживший. Эльф восстанавливал себя так быстро, как только мог, но всё ещё продолжал хромать. На рентгеновских снимках, сделанных в превращённой в лазарет походной лаборатории, видны неправильно сросшиеся кости ног. Срослись, пока Шанданес лежал без сознания и не мог контролировать процесс, а Лидия не ожидала, что переломанные кости могут срастись так быстро, буквально за пару ночей. Да и никто не ожидал. Истратив все резервы на регенерацию, Шанданес походил на оживший скелет. Безопасники получили от него согласие послужить проводником и попытаться вывести людей к родному миру. Конечно не прямо сейчас, а позже, когда немного восстановиться.
Кроме того, удалось предположительно узнать, чем вызвано ночное нападение дома Аэрнэ. Вроде бы уже сложились дипломатические отношения и прорабатывались варианты взаимовыгодных торговых обменов и вдруг попытка вырезать экспедицию. Конечно, Шанданес не знал точно, чем руководствовался глава дома и совет старейшин. Но он мог предположить и рассказал о своих предположениях людям. Подослав убийцу, глава дома заочно приговорил Шанданеса к смерти, и эльф решил оставаться с людьми. Во всяком случае пока.
Тактический дрон входит в стандартное оснащение мизгиря. Он не предназначен для длительного наблюдения с большой высоты. Для этого есть другие модели с более мощными батареями, улучшенной маскировкой и так далее. Но всё, что имелось в распоряжении остатков экспедиции для удалённого наблюдения, это пара уцелевших беспилотников. Их периодически запускали для наблюдения за подходами к лагерю как со стороны суши, так и со стороны моря.
Весть о замеченном приближающемся корабле всполошила всех. Те, кто спали — проснулись, кто отдыхал — прервали отдых, а кто работал — оторвались от дел. Просиживающий сутки на пролёт в позе для медитаций, пытающийся скорее восполнить запас магической силы и прерывающийся только на еду и сон Шанданес и тот дохромал до столпившейся вокруг монитора толпы, правда встал чуть в стороне. Так он не видел сам экран, но зато мог наблюдать за реакцией собравшихся людей.
Замеченный дроном корабль походил на драккары викингов. По крайней мере именно драккар пришёл в голову не слишком разбирающемуся в истории и кораблестроении Горазду. Хищный, вытянутый корпус увенчанный на носу вырезанной пастью какого-то чудовища. Ветер раздувает тугой парус, но видно, что кораблю также привычно ходить на вёслах. На палубе, в максимальном увеличении, видны крохотные фигурки воинов. На солнце ярко сверкают металлические полоски, видимо оружие. А вот брони на моряках практически нет. То ли металл у местных настолько ценен, что его не тратят на производство доспехов, то ли моряки больше опасаются пойти ко дну под весом железа, чем получить рану в бою. Экипаж средневекового корабля ходил в косматых, на вид, шкурах, практически шубах. Даже странно, как им только не жарко. Термометры показывают температуру под двадцать градусов и висящее над головой солнце изрядно припекает.
— Явно намериваются причалить, — заметил безопасник. — И похоже, что им вполне знакомы здешние воды.