В голосе у Бодвина Вука появились стальные нотки.
— Прекрати, Глауен. Твои переживания становятся утомительными. Ты хочешь сказать, что твой последний вопрос требует ответа?
— Мне очень не хочется раздражать вас, сэр, но скорее всего без этого не обойтись. У Кеди есть деньги?
— Ему выдали соответствующую сумму.
— Какую точно?
— Две тысячи солов, если уж это тебя так интересует. Это, конечно, очень большие деньги, но вам, возможно, придется кое-кого подкупить.
— Но мне была выдана только тысяча солов.
— Этого должно быть достаточно.
— Вы абсолютно точно решили, что ответственным за операцию буду я?
— Ну… это и так подразумевается.
Глауен набрал в легкие воздух.
— Будьте добры, напишите точно все мои полномочия, отметив при этом, что Кеди должен выполнять все мои распоряжения.
— В таких случаях мы должны руководствоваться практическими соображениями — Бодвин Вук пренебрежительно махнул рукой. — Я не заострял внимания на старшинстве в вашей команде. Как ты понимаешь, я хочу поддержать у Кеди уверенность в себе любыми способами. На самом деле, я, возможно, и намекнул ему, что ответственным за эту операцию является он.
Глауен бросил на стол документы и деньги.
— В таком случае, мое присутствие только принесет вред делу. Усилия, которые Кеди предпримет, чтобы убить меня, и усилия, которые предприму я, чтобы остаться в живых, пойдут во вред нашему заданию. С чувством глубокого облегчения я отказываюсь от участия в этой операции.
В глазах у Бодвина Вука сверкнул гнев.
— Ты что-то слишком громко запел. Притихни!
— Я сделаю лучше, пойду петь куда-нибудь в другое место. Желаю удачного дня, — Глауен поклонился и решительным шагом направился к двери.
За его спиной прозвучал угрюмый голос Бодвина Вука:
— Вернись! Ты что, шуток не понимаешь? У тебя как у Хильды никакого чувства юмора. Получишь ты свою бумагу.
— Я хочу больше. Я хочу, чтобы вы четко заявили Кеди о моих полномочиях и понизили его до сержанта.
— Это невозможно! Я уже подписал назначение!
— Скажите, что вы допустили ошибку. Более того, две тысячи солов передайте на хранение мне. Я буду давать ему по сто солов на карманные расходы. И еще, прикажите ему сменить форму, на какую-нибудь менее приметную одежду.
— Все это совершенно невозможно! Через час корабль должен уже вылететь!
— Времени еще достаточно. Если надо, корабль можно и задержать. По крайней мере, я не зайду на его борт, пока не будет проведена терапия с Кеди. Мне было бы в тысячу раз легче поехать одному.
Бодвин Вук покачал головой.
— Ты молодой упрямый дьявол! Если бы нахальство было кирпичами, а субординация цементом, то ты бы уже построил для себя огромный дворец.
— Вовсе нет, сэр. Если бы я был не прав, то вы бы так просто не сдались.
Бодвин Вук рассмеялся.
— Не надо ставить психоаналитические опыты на собственном директоре, это самая последняя вещь! Хильда! Где Кеди?