— Не совсем, — покачала головой Вейнесс, — Ты ушел, потому что был зол на меня. За что? Я осталась в темноте, которая кажется вечной, я уже устала от всяких загадок.
Глауен подыскал ответ, который оставлял еще ему какие-то крохи достоинства.
— Я больше всего был зол на себя, чем на кого-то другого, — проворчал он.
— И все равно, я ничего не могу понять, — настаивала Вейнесс, — С чего тебе вообще сердиться на кого-то из нас?
— Потому что я сделал то, чего совершенно не хотел! Я собирался быть учтивым и обходительным, очаровать всех своим тактом и вежливостью и уклониться от каких-либо споров. Вместо этого, я взорвался и высказал, все, что я думаю, что вызвала огромный переполох и подтвердило самые худшие предчувствия твоей матери.
— Брось, — сказала Вейнесс, — Все не так уж и плохо, на самом деле, ничего плохого вообще не случилось. Ты бы мог натворить еще худших вещей.
— Если бы я поставил перед собой такую цель, то в последнем можно и не сомневаться. Я бы мог напиться и заехать Джулиану в нос, а леди Клайти назвать старой балаболкой, а при выходе задержаться и помочиться в первый попавшийся горшок с цветком.
— В таком бы случае, все бы просто подумали, что это просто веселый нрав Клаттуков. Но главный вопрос так и остался без ответа: почему ты рассердился, а может еще и продолжаешь сердиться, на меня? Объясни мне и я больше никогда такого не сделаю.
— Я не хочу об этом говорить. Мы оба прекрасно знаем, что теперь это не имеет ни малейшего смысла.
— Да? Почему же?
— Ты мне ясно дала понять, что между нами не может быть никаких близких отношений. Я старался в это не верить, но теперь понял, что ты была права.
— Так ты хочешь все случившееся повернуть таким образом?
— Какая ерунда! Во всяком случае, до сих пор мое мнение не очень-то учитывалось. И почему это вдруг теперь мое мнение так важно для тебя?
— К стати сказать, должна тебе сообщить, что теперь я пересмотрела свое мнение.
У Глауена было непреодолимое желание хихикнуть, но он сдержался.
— И когда нам будут объявлены достигнутые результаты?
— Некоторые аспекты уже можно обнародовать.
— А не хочешь ли ты встретиться со мной на берегу и рассказать мне о них?
— На такое я не отважусь, — Вейнесс бросила взгляд через плечо, — Скорее всего, как только я вылезу в окно, мама или леди Клайти, а может Сандж зайдут проверить, как у меня дела.
— Почему-то мои лучшие идеи всегда оказываются неосуществимыми.
— Ну ладно, а теперь расскажи мне, что же тебя так рассердило.
— Я просто несколько озадачен, — сказал Глауен, — зачем ты с самого начала пригласила меня в Речной домик?
— Уф! — раздался облегченный слабый звук, — А разве не могло быть такого, что я просто хотела продемонстрировать тебя Джулиану и Сандж?
— Правда?
— Конечно! Ну, теперь все?
— Ну… не совсем. Я не могу понять зачем ты окружаешь такой тайной свою поездку на Землю.
— Все очень просто. Я не могу тебе этого рассказать, так как не уверена, что ты об этом никому больше не расскажешь.
— Хмм, — задумался Глауен, — не очень-то приятный ответ.
— Ты спросил — я ответила.
— Не ожидал такой откровенности.