– Немного попозже мы предадимся воспоминаниям, к нашему обоюдному удовольствию! А сейчас почему бы тебе не снять шляпу, плащ и перчатки?
– Да мне и так неплохо, – ответил Кугель, оценивая расстояние от него до Юкоуну. Один широкий шаг, взмах рукой – и дело будет сделано.
Юкоуну, казалось, почувствовал, какие мысли обуревают Кугеля, и сделал шаг назад.
– Первым делом – наше вино! Пойдем в маленькую столовую!
Юкоуну проводил Кугеля в зал, стены которого были обиты превосходным красным деревом, где его весьма бурно встретило какое-то маленькое круглое животное с длинным мехом, короткими ножками и черными глазками-пуговицами. Странное создание принялось скакать туда-сюда, время от времени разражаясь пронзительным лаем. Юкоуну похлопал зверя.
– Ну, ну, Эттис, как твои дела? Я рад услышать такие замечательные новости, поскольку, если не считать Кугеля, ты мой лучший друг. Ну же, уймись! Мне нужно побеседовать с Кугелем.
Юкоуну сделал Кугелю знак сесть за стол, а сам уселся напротив. Животное с громким лаем носилось туда и обратно, прерываясь лишь для того, чтобы цапнуть Кугеля за лодыжки.
Пара юных сильфов вплыла в комнату с серебряными подносами, которые они поставили перед Кугелем и Юкоуну, а затем вновь удалились туда, откуда появились.
Юкоуну, потирая руки, сказал:
– Как тебе известно, Кугель, я подаю только самое лучшее. Вино – Ангелиус из Квантика, а бисквиты сделаны из пыльцы красного клевера.
– У тебя всегда был превосходный вкус, – сказал Кугель.
– Меня удовлетворяют лишь утонченные и изысканные вещи, – подтвердил Юкоуну, пригубливая вино. – Бесподобно!
Он отхлебнул еще глоток.
– Крепкое, терпкое, с привкусом высокомерия! М-м!
Он взглянул на сидящего напротив него Кугеля.
– А ты что думаешь?
Кугель печально покачал головой:
– Лишь один глоток этого божественного эликсира, и я никогда больше не смогу пить обычные напитки.
Обмакнув бисквит в вино, он предложил его Эттису, который вновь вцепился в его ногу.
– Уж Эттис разбирается в этом куда лучше меня.
Юкоуну протестующе вскочил на ноги, но животное уже проглотило кусок, после чего странно скрючилось и упало на спину, задрав вверх окостеневшие лапы.
Кугель вопросительно взглянул на Юкоуну.
– А ты неплохо выдрессировал его притворяться мертвым. Умная животина.
Юкоуну медленно опустился в кресло. В комнату вплыли два сильфа и унесли Эттиса прочь на серебряном подносе. Юкоуну сквозь зубы проговорил:
– Давай вернемся к нашим делам. Бродя по Шенгльстоун-стрэнд, не приходилось ли тебе встречаться с неким Тванго?
– Да, я действительно встречался с ним, – кивнул Кугель. – Необыкновенная личность. Он возмутился, когда я отказался продать ему мою маленькую безделушку.
Юкоуну впился в Кугеля взглядом.
– Он объяснил тебе, почему?
– Он говорил что-то о демиурге Садларке, но в такой туманной манере, что я утратил к этому всякий интерес.
Юкоуну поднялся на ноги.