– Ничего не видать, кроме пары-тройки ящериц. Это мое твердое мнение, а теперь я предлагаю немножко вздремнуть. Если увидишь что-нибудь, буди меня.
Он забрался в палатку Кугеля и удобно устроился там, а Кугель оказался вновь предоставлен горьким размышлениям о своих потерянных терциях и выброшенном воске для обуви.
Когда караван остановился на ночлег, Кугель направился прямиком к Вармусу. Он рассказал ему о легкомысленном поведении мимов и пожаловался на понесенные им убытки.
Вармус слушал со спокойным, но несколько отстраненным интересом.
– Но доктор Лаланк, разумеется, уладит это дело?
– В этом-то суть проблемы! Он целиком и полностью отказывается от ответственности! Он заявляет, что вы, как хозяин каравана, должны возместить все потери.
Вармус, чьи мысли витали где-то в облаках, вмиг насторожился.
– Он возложил уплату всех издержек на меня?
– Именно так. Теперь я предъявляю этот счет вам.
Вармус сложил руки на груди и быстро отступил назад.
– Идея доктора Лаланка совершенно нелепа.
Кугель возмущенно потряс счетом прямо перед носом Вармуса.
– Вы отказываетесь выполнять ваши обязательства?
– Я здесь ни при чем! Это действие произошло на борту вашего судна «Аввентура».
Кугель снова ткнул в Вармуса счетом.
– В таком случае вы должны, по меньшей мере, передать этот счет доктору Лаланку и взыскать с него платеж.
Вармус потянул себя за подбородок.
– Это не правильная процедура. Капитан «Аввентуры» – вы. Следовательно, по праву своей должности, вы должны вызвать доктора Лаланка на слушание этого дела и там взыскать с него такую сумму, которая кажется вам справедливой.
Кугель с сомнением взглянул на доктора Лаланка, все еще разговаривающего с Клиссумом.
– Предлагаю подойти к доктору Ладанку вдвоем и объединить наши полномочия, чтобы восстановить справедливость.
Вармус отступил еще на один шаг.
– Не приплетайте меня к этому делу! Я всего лишь возчик Вармус, скромно ездящий по земле.
Кугель приводил и другие доводы, но Вармус с маской изощренного упрямства стоял на своем. Наконец Кугель пошел к столу и начал пить вино, угрюмо глядя в огонь.
Медленно шел вечер. Все путники пребывали в мрачном настроении; сегодня не было ни декламаций, ни песен, ни шуток, и компания сидела вокруг костра, полушепотом перекидываясь отрывочными словами. Все умы занимал невысказанный вопрос: кто исчезнет следующим?
Пламя костра ослабело, и путники неохотно разошлись по своим постелям, боязливо оглядываясь назад и обмениваясь нервными замечаниями.
Так прошла ночь. Звезда Ачернар прошла восточный квадрант и склонилась к западу. Фарлоки сопели и бормотали во сне. Далеко в пустоши несколько секунд мерцал синий свет, затем он погас и больше не появлялся. Восточный край горизонта загорелся первым пурпуром, затем кроваво-красным цветом. После нескольких бесплодных попыток солнце все-таки выбралось из-за горизонта и взошло на небо.
Вновь развели костер, и в караване закипела жизнь. Накрыли завтрак; запрягли фарлоков и начали готовиться к отъезду.
На «Аввентуре» начали появляться заспанные пассажиры. Каждый по очереди переводил взгляд с одного лица на другое, точно ожидая нового исчезновения. Стюард Порриг подал завтрак, затем понес поднос в задний салон. Он постучался.
– Госпожа Ниссифер, я принес ваш завтрак. Мы беспокоимся о вашем здоровье.
– Я в порядке, – раздался шепот. – Я ничего не желаю. Можете уходить.