– Но город умирает! Народ гибнет! – воскликнули они.
– Вы должны спасаться сами, – сказал им Рогол Домедонфорс. – Вы отвергли древнюю мудрость, вы были слишком ленивы, чтобы учиться, вы искали удовлетворения в религии, вместо того чтобы мужественно противостоять реальности. Я решил подвергнуть вас жестокому испытанию, которое, как я надеюсь, будет для вас целительным.
Он призвал соперничающих жрецов Паншу и Газдала и протянул каждому по дощечке из прозрачного металла.
– По одной эти дощечки бесполезны; если их сложить вместе, можно прочесть заключенное в них послание. Тот, кто его прочтет, получит доступ к древним знаниям и будет владеть силами, которые я собирался использовать сам. Теперь идите.
Жрецы, глядя друг на друга, ушли, созвали своих приверженцев, и началась большая война.
Тело Рогола Домедонфорса так и не было найдено; некоторые утверждают, что его скелет все еще лежит в подземных коридорах под городом. Дощечки поместили в соперничающих храмах. По ночам начались убийства, а днем голодные умирали на улицах. Многие бежали на континент, а теперь и я следую за ними, оставляя Ампридатвир, последний дом моего народа. Я построю деревянную хижину на склоне горы Лью и проживу оставшиеся мне дни в долине Мел-Палусас.
Кандайв свернул свиток и положил его обратно в шкатулку.
– Твоя задача, – сказал он Юлану Дору, – отправиться в Ампридатвир и отыскать магию Рогола Домедонфорса.
Юлан Дор задумчиво ответил:
– Это было давно… Тысячи лет назад.
– Верно, – согласился Кандайв. – Но с тех пор историки не упоминали имени Рогола Домедонфорса, и я считаю, что его мудрость все еще хранится под древним Ампридатвиром.
Три недели Юлан Дор плыл по спокойному океану.
Солнце вставало на горизонте, багровое, как кровь, и плыло по небу; вода была неподвижной, если не считать небольшой ряби от ветерка и пенного следа за кормой.
Солнце садилось, бросало последний печальный взгляд на мир; наступали сумерки и ночь. Древние звезды усеивали небо, и след за кормой корабля Юлана Дора сверкал мертвенно бледно. Юлан Дор смотрел на поверхность океана и чувствовал себя очень одиноко.
Три недели плыл на северо-запад по Мелантиновому заливу Юлан Дор, пока однажды утром не увидел справа темные очертания берега, а слева остров, терявшийся в дымке.
Недалеко от его корабля медленно плыла неуклюжая баржа под квадратным парусом из плетеного тростника.
Юлан Дор пригляделся и различил на ее палубе двух мужчин в грубых зеленых комбинезонах; они ловили рыбу. У них были овсяно-желтые волосы и голубые глаза, а на лицах ошеломленное выражение.
Юлан Дор опустил свой парус и перекинул трап на баржу. Ни один из рыбаков не заговорил с ним.
Юлан Дор сказал:
– Похоже, вид человека вам незнаком.
Старший начал заунывный распев – Юлан Дор понял, что это заклинание против демонов и злых духов и рассмеялся:
– Почему ты меня поносишь? Я такой же человек, как и ты.
Младший сказал на береговом диалекте:
– Мы считаем, что ты демон. Во-первых, в нашем народе нет черноволосых и черноглазых. Во-вторых, учение Паншу отрицает существование в нашем мире других людей. Поэтому ты не можешь быть человеком, ты демон.
Старший, прикрывшись рукой, сказал младшему:
– Попридержи язык; не говори ни слова. Он проклянет твой голос…
– Вы ошибаетесь, уверяю вас, – вежливо ответил Юлан Дор. – Вы сами когда-нибудь видели демонов?
– Нет, кроме гаунов.
– Я похож на гауна?
– Совсем не похож, – признал старший.