Невидимые струны в подсознании Джерсена слегка зазвенели. Сейчас он почувствовал себя еще более неловко, чем прежде.
– Я тоже не намерен в обозримом будущем обзаводиться семьей. Расскажите-ка лучше о своей работе.
Люлли поморщила нос:
– До того как мы связались с «Котзиш», работать было гораздо приятнее. Мне в самом деле очень нравился старик Лемюэль Джаркоу. Уж кто-кто, а он никогда не опускался до вольностей, которые иногда позволяет себе мистер Свят Джаркоу.
– К мистеру Джаркоу частенько захаживают дарсайцы?
– Не очень. Я бы даже сказала – очень редко.
– А вот с мистером Оттилом Пеншоу приходил когда-нибудь этакий здоровенный дарсаец?
Люлли пожала плечами:
– Не припоминаю. Это важно?
– Я где-то уже видел мистера Пеншоу. Скорее всего, на Дар Сай.
– Весьма возможно. «Котзиш» первоначально была чисто дарсайской компанией. Но все, что с ней связано, окружено такими тайнами… Да и вы сами – человек таинственный. Я бы не удивилась, узнав, что вы – из МПКК. Верно?
– Разумеется, нет. Но даже если бы и так, я вряд ли признался бы в этом первой же симпатичной девушке, задавшей мне подобный вопрос.
– Что верно, то верно. И все же вы не очень-то похожи на обыкновенного связиста.
– Когда я не на работе, я совсем другой, – произнес Джерсен, попытавшись отшутиться.
Люлли продолжала внимательно к нему приглядываться.
– Почему вы до сих пор не женились? Неужели никто вас не пробовал зацепить?
Джерсен пожал плечами:
– Я просто не осмеливался просить кого-нибудь разделить со мной тот образ жизни, что я веду.
Люлли, на мгновение задумавшись, сказала:
– В Твонише принято, чтобы женщина сама предлагала мужчине на ней жениться. Только такое поведение расценивается как соответствующее приличиям. Мне говорили, что в других местах все совершенно иначе.
– Да, действительно. – Джерсен мучительно пытался найти какой-нибудь повод сменить тему:– Я заприметил несколько дарсайцев у входа. Они тоже посещают «Черный Сарай»?
– Разумеется! Их просят садиться вон там, под вентилятором, чтобы их запах не портил никому настроения. – Люлли окинула взглядом двух дарсайцев, которые, как будто крадучись, пересекали зал. – Они почти варвары: никогда не танцуют и сидят весь вечер, сгорбившись над своими тарелками с едой.
– А где сидят мезленцы?
– В непосредственной близости от оркестра. Они обычно приходят в карнавальных костюмах. Довольно дурацкая мода, жутко среди них распространенная… Очень странная публика, им бы только участвовать в различных играх, исполнять всякие роли, в общем, лишь бы что-то из себя изображать и резвиться. Можете не сомневаться, жизнь для тех, кто богат и живет в Ллаларкно, – сплошное удовольствие.
– В этом я полностью с вами согласен. Вам бы хотелось выйти замуж за мезленца?
– Невелик шанс! Я бы просто ни за что не отважилась предложить такое кому-нибудь из мезленцев! Они такие воображалы, разве нет?
– Вот именно.
– У них есть свои определенные обычаи, но они даже понятия не имеют, что такое настоящие нормы приличия. А вот вы бы женились на девушке-мезленке, если бы она вас попросила?
– Все зависит от того, какая девушка, – рассеянно ответил Джерсен, мысли которого были заняты совсем не этим. И тут же спохватился: – Я по натуре своей таков, что вообще вряд ли когда-нибудь женюсь.
Люлли укоризненно похлопала его по руке: