– Да, – сказала Друзилла-3. – Да, в самом деле. Вот это лицо Ародина. – И она указала на того, кто моргнул, – на Танзела.
Танзел вскричал:
– Эй-эй! Что происходит? Что вы собираетесь делать?
– Я хочу опознать Виоля Фалюша, – пояснил Джерсен.
– Зачем тыкать пальцем в меня? Я не Ародин, не Виоль Фалюш, и даже не Вельзевул, если уж об этом речь. Я – старый добрый Гарри Танзел из Лондона, не больше и не меньше. Да развяжете вы эти чертовы веревки!
– Со временем, – усмехнулся Джерсен, – со временем. – Он повернулся к Друзилле-3:
– Ты уверена, что это – Ародин?
– Конечно! Почему он связан?
– Я подозреваю, что он преступник.
Друзилла-3 рассмеялась чистым счастливым смехом:
– Что за ужасная шутка! Человек вроде этого называет себя богом. Что он надеется получить?
– Тебя.
– Меня? Все эти труды для меня?
– Он хотел, чтобы ты любила, ценила его.
И вновь по кораблю пронесся смех.
– Столько напрасных усилий!
Джерсен, внимательно наблюдая, увидел, как лицо Танзела заливает краска.
– Ты готова уехать отсюда?
– Да… Кто эти девушки, которые так напоминают меня?
– Твои сестры.
– Как странно.
– Да. Виоль Фалюш, или Ародин, странный человек.
Джерсен поднял аэрокар и переключил управление на автоматический режим, чтобы спокойно подумать. До сих пор он не добился бесспорных доказательств. Краска стыда, сходство с изуродованной статуей – все это интересные, но косвенные признаки. По правде говоря, он и на шаг не приблизился к Виолю Фалюшу. Джерсен обернулся и оглядел салон. Наварху надоело сторожить, поэт озирал девушек с тоскливым ожиданием. Возможно, ему почудилось, что одна из них – Игрель Тинси.
Что же предпринять? Эх, раздобыть бы сыворотку правды… Во Дворце Любви ни одна душа не знает хозяина в лицо, и в Атаре, и в Кулихе… На Земле Наварх пользовался кодом для вызова Виоля Фалюша… Джерсен поскреб подбородок – Наварх!
Тем временем поэт зашел в кабину. Джерсен указал на систему связи и отдал инструкции. Наварх ехидно усмехнулся.
Джерсен вернулся в салон и сел около Танзела. Он заглянул в кабину пилота и кивнул Наварху. Тот набрал код вызова Виоля Фалюша. Джерсен наклонился вперед.
На мочке уха Танзела что-то едва слышно запищало. Пленник взвизгнул и задергался в путах.
Наварх мягко проговорил в микрофон:
– Виоль Фалюш! Ты слышишь меня? Виоль Фалюш!
Танзел задергался и встретил внимательный взгляд Джерсена. Его лицо исказила гримаса отчаянья, он извивался в путах.