Амур-батюшка. Книга 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот и вход в озеро, — заметил Кешка, кивнув головой в ту сторону, — в самые Мылки. А вон луга на мысу. Гляди, сено стоит. Это для вас — начальство заботилось. Солдаты жили — накосили.

Минуя устье протоки, караван обогнул последние тальники на мысу и приблизился к увалу. Впереди стал виден высокий холм, падавший в реку крутыми желтыми обрывами.

— Вот она, додьгинская релочка, — сказал Кешка. — А там подалее, за бугром, прошла протока в Додьгинское озеро. Это релка меж двух озер: сверху — Додьга, снизу — Мылки. Там как голова, — показал казак на холм, — а сюда, пониже, как хвост протянулся.

Плоты тихо плыли вдоль обрыва. Опутанный множеством корней, этот обрыв походил на переломанный или растрескавшийся от времени плетень у земляного вала старой крепости. Переселенцы, волнуясь, но сосредоточенно и молча осматривали место, выдавая свои чувства лишь нетерпеливыми толчками. Было тихо. Только шесты лязгали об дно, вороша звонкую гальку.

Над прибрежным лесом на вершине сухой ели хрипло ворковал дикий голубь.

— Тимошка, — вдруг воскликнул Петрован, нарушая всеобщее молчание, — это, однако, с тобой здешние птицы здороваются! Давай, мол, знакомиться.

Силин задрал голову, но не нашел нужным возразить казаку.

Дикий голубь вспорхнул и улетел. Над лесом парил коршун. Последние лучи солнца облили его оперение алым светом. Сгорбатившись и вытянув лапы, он повис в воздухе подле вершины той же ели, с которой только что улетел голубь, и мягко опустился на бескорый розовый сук, складывая крылья.

— Гляди, коршуны-то… И тут есть, — молвил Тимоха.

Все невольно посмотрели вверх. Взрослые как бы безразлично, а мальчишки со злом.

— Гляди, ребята! Курят утащат, — сказал им дед.

Куры у переселенцев были с собой на плотах в решетчатых ящиках.

На носу лодки барин что-то говорил, обращаясь к казакам и указывая на берег.

— Привалива-ай!.. — раскатилась по реке команда Петрована.

Дружно опустились шесты. В последний раз зазвенела по дну галька, плоты зашуршали о песок. Гнус слетался к каравану. Знакомый зеленоватый туман загустел над бережком.

— Ну, в добрый час, господи благослови, — пробормотал Егор и с колом под мышкой перешагнул с плота на мокрую косу.

От его босых ступней на песке оставались пальчатые следы. Вода, пузырясь, сочилась в них. Под обрывом Егор стал вбивать в землю кол. Тем временем Кешка, сойдя с парома, разглядел неподалеку свежие медвежьи следы. Мужики столпились и стали их рассматривать, как будто это для них было сейчас важным делом. Оттиски звериных лап смахивали на отпечатки человеческих ног.

— Ступня, пальцы, адали Егор прошел, — пошутил Кешка. — Недавно же тут зверь был. Еще воды до краев в след не натекло. Косолапый где-то неподалеку гуляет, однако, в малинниках лакомится или до своей ягоды добрался, — певуче и любовно говорил Кешка про медведя, как про закадычного друга. — Со сладкого-то ему пить захотелось, он к реке и выходил.

— Слышь, Иннокентий, ты уж сруководствуй, пособи сыскать здешнего человека — Бердышова-то, — озабоченно проговорил помрачневший Федор.

— Иван-то Карпыч был бы дома, он бы уж обязательно вышел на берег, — ответил казак, разгибаясь. — Да и мишка бы тут не ходил. Ну, да уж ладно, я схожу разузнаю. Барин до него тоже шибко антерес имеет.

Казак сходил на плот, взял ружье и пошел по отмелям под обрывом.

— Ну что, Кондратьич, приехали, — обратился Барабанов к Егору, и голос его осекся.

Кузнецов глянул на Федора: глаза того жалко сузились, словно он собирался заплакать.

Егору тоже было не по себе. «Пристали к пескам, а наверх не взойти, — подумал он. — Тайга да комары».

— Полезем наверх, поглядим, — хмурясь, оказал он Федору.

— Что и делать-то? — растерянно отозвался тот. — Видать, нам больше ничего не остается.

Он усмехнулся горько и зло, глядя куда-то как бы сквозь Егора.

— Пойдем, брат, — для ободрения Кузнецов ткнул его кулаком под бок. — Лесину хоть срубим, а то пристали, где дров нету.

Действительно, плавникового леса поблизости было мало. Весь наносник остался выше. На ночь следовало запастись дровами.

Егор и Федор обулись в кожаные бродни[9] и, цепляясь за корни и кустарники, полезли вверх по глинистому рыхлому обрыву и с треском стали продираться по тайге. Следом за ними взобрались остальные мужики и парни.

[9] Бродни — высокая кожаная обувь с мягкой подошвой, без каблука.