«Sullivan PR» приостановлена до тех пор, пока не поступит прямое указание от совета
директоров. Эдвард лично прислал служебную записку. И, вообще-то, именно твои
инициалы стоят на линии подписи.
Дана влетела в мой кабинет с раскрасневшимся лицом.
— Я бы никогда не допустил этого! Еще вчера вечером я лично дал тебе указание
оплатить семьдесят пять процентов от суммы этих счетов. Я скажу Дане напечатать
новую служебную записку и включу в нее весь совет директоров, исполнительную группу
и менеджеров среднего звена. Подозреваю, они — не единственный поставщик, с которым
сложилась подобная ситуация? Скольким еще компаниям мы задержали оплату?
В ответ тишина.
— Грант?
— Больше никому, сэр, только «Sullivan PR».
— Не напрягайся с переводом денег на их счет. Выпиши чек и через десять минут
принеси ко мне в офис. Я лично передам его. Меня не будет в офисе ближайшие
несколько недель, но Дана внесет в расписание нашу встречу, и мы поговорим с тобой с
глазу на глаз по возвращении. Подобные ситуации недопустимы!
Я нажал кнопку отбоя прежде, чем он успел ответить. Дана завертела головой и
посмотрела на меня с сожалением, а потом вернулась за свой стол. Через пять минут было
готово новое служебное распоряжение, которое осталось только утвердить. В нем в
основном говорилось о том, что любые ограничения в оплатах кому-либо из поставщиков
теперь могут исходить исключительно от меня и будут включать объяснения задержки. Я
его подписал.
Пять минут спустя пришел Грант. Выглядя пристыженным, он передал мне
конверт. Я тут же вскрыл его, дабы убедиться в правильности указанной суммы.
— Макс, я оказался в безвыходном положении. Из-за вашей с Эдвардом борьбы за
власть весь мой отдел боится потерять работу. Бренда лишь выполняла указания Эдварда.
— А тебе не показалось странным то, что ограничение в выплате коснулось лишь
одной компании?! Той, которая упорно помогала спасти нашу репутацию…
— Да, но, честно говоря, увидев твои инициалы, я решил, что ты одобрил это
решение.