— Просто удивительное восстановление мышечных тканей, скорость невероятная, и я думаю, она будет лишь возрастать с каждым днём, — сказал доктор, в последний раз проверив состояние Питера.
— Тим, ты ведь понимаешь, что всё, что ты узнал и увидел здесь, не должно выйти за пределы этой комнаты? — спросил Старк. Он знал Тимоти Монтгомери уже много лет и доверял ему, но Паркер и всё, что касалось него, делали из Тони параноика.
— Ох, вот ты как заговорил, — улыбнулся Тим, поняв, что этот необычный юноша очень важен для миллиардера. — Конечно, понимаю. Я всегда знаю, на что подписываюсь, когда ты звонишь мне, Старк.
— Спасибо, — Тони протянул ему руку, и они обменялись крепким рукопожатием, а после врач покинул базу.
Старк сел в кресло рядом с койкой Питера и осторожно взял его руку в свою, принимаясь рассматривать ладонь мальчика. Он с трепетом изучал мягкую светлую кожу, длинные пальцы, как у пианиста, местами обкусанные заусенцы возле ногтей и не сдержал ухмылки.
— Я знаю, что ты никогда меня не предашь, никогда меня не оставишь, но это и пугает меня, — тихо вздохнул Тони и прикрыл свои веки. — Потому что рядом со мной все только страдают, а я не хочу для тебя такого, шкет, но и отпустить тебя сам не могу… Я словно зависим, — признавался мужчина в пустоту. Он гладил запястья Питера, осторожно целовал каждый его пальчик и раскрытую ладонь. Тони казалось, что он сходит с ума, но и остановиться он тоже не мог.
— Хэппи Хоган и Мэй Рэйли Паркер в здании, — нарушила интимность момента Пятница спустя целых пятнадцать минут, в течение которых Тони прижимался щекой к ладони Паркера.
— Проводи их сюда, Пятница, — вяло отозвался Старк, потому что понимал, что Мэй теперь ни на шаг от своего племянника не отойдёт и не даст Тони снова вот так побыть с Питером наедине.
Мэй с потёкшей тушью и покрасневшим лицом буквально влетела в медблок и замерла возле Питера. Внимательно осмотрела его, а потом его жизненные показатели, которые отображались на небольшом мониторе рядом с кроватью. Убедившись, что мальчик сейчас просто спит и восстанавливается, она резко развернулась к Старку.
— Сразу скажу, что я понимаю, что твоей вины в этом нет. Если бы не было тебя, то Питер бы один туда полез, и тогда неизвестно, чем бы всё это кончилось. Но во мне бушуют инстинкты, и мне хочется сорвать на тебе злость и спросить, как ты это допустил, Тони?! — на одном дыхании произнесла Мэй, сжимая и разжимая свои кулачки, чтобы хоть как-то унять желание отыграться на ком-то.
— Самое ужасное во всём этом, Мэй, то, что ты имеешь полное право сейчас кинуться на меня. Потому что если бы там не было меня, возможно, наоборот, для Питера бы всё закончилось более благополучно, — признался Старк, потому что у него уже входило в привычку брать на себя любую вину.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что Питера придавила бетонная плита, когда он укрыл собою меня, спасая от верной смерти! — Старк ждал, что сейчас ему прилетит как минимум пощёчина.
— А почему ты оказался без костюма?
— Потому что потолок должен был обрушиться, я засунул в броню профессора, а сам побежал за Питером. Он проигнорировал предупреждение об обвале! — всплеснул руками Тони, понимая, что спаситель для Питера из него вышел хреновый. А через несколько секунд услышал тихий смех Мэй и опешил. — Я сказал что-то смешное?
— Вы друг друга стоите, — хмыкнула женщина, полностью успокоившись. Она села в кресло и взяла племянника за руку. — Ты кинулся спасать его, рискуя собой, а он побежал спасать тебя, забыв о собственной безопасности.
— Да, я идиот, и наставник из меня вышел отвратительный. Думаю, ты больше не захочешь, чтобы он оставался под моим влиянием…
— Тони, знаешь, мне бы, конечно, хотелось, чтобы он в первую очередь спасал свою шкуру и думал только о себе, но я понимаю, что так не будет никогда. Я понимаю, что это не самые лучшие моральные качества, которые хотелось бы видеть в своем ребёнке, но всё, чего я желаю, — чтобы он был жив и невредим, — призналась женщина и посмотрела в глаза Старка.
— Я понимаю, ты ведь ему как мать, — кивнул тот в ответ.
— Но он такой уже очень давно, — улыбнулась Мэй и при этом всхлипнула, видимо, что-то вспомнив.
— Такой? В смысле идиот, который, не думая о себе, кидается спасать других? — тоже грустно улыбнулся Старк, он уже знал, какой Питер отчаянный мальчишка для своих семнадцати лет.
— Да! Именно идиот, ведь у него был яркий пример, — фыркнула Мэй и как-то хитро посмотрела на Тони.
— Знаешь, о покойных либо молчат, либо плохо не говорят, — Старк почему-то подумал, что женщина говорила о покойном супруге.
— Ох, Бэн привил много прекрасных моральных качеств Питеру. Уважать старших, уважать женщин, не обижать младших, но отчаянный героизм, граничащий с суицидальными наклонностями, у него от другого человека…
— И кто же этот ненормальный? — искренне не понимал Старк намёков женщины.
— Ты! — просто ответила она.
— Я? — вздёрнул Тони брови.
— А что? Не ты ли, закинув ядерную ракету себе на плечо, сиганул в космическую дыру, прекрасно понимая, что идёшь на верную смерть? — с ласковой улыбкой спросила Мэй, красиво изогнув правую бровь в лёгком упрёке.
— Это другое, — запротестовал Старк.
— Почему же? — хмыкнул Хэппи, который всё это время стоял у двери и молча наблюдал.