Мачо и Ботан (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В далёкие времена, когда человечество только начало стремиться к самоуничтожению, природа сделала финт ушами и на планете Земля начали появляться первые соулмейты. Родственные души, которые предназначены были друг другу не только силами природы, но и судьбой, и только такие два особенных человека могли коснуться друг друга. Если же человек тебе не предначертан, то он просто пройдёт сквозь тебя, подобно призраку в кинематографе. Исключением являлись родители: они тоже могли коснуться своего чада и подарить свои тёплые объятия, но это всё. Если ты найдёшь своего соулмейта, то сможешь построить семью, обретёшь любовь, познаешь, что такое прикосновение кожа к коже, первый поцелуй, ну и, конечно же, секс.

С первого взгляда можно подумать, что такой мир это полный абсурд, ведь тактильность — очень важный фактор для человека, но, с другой стороны, в таком мире не было изнасилований, никакой педофил не мог причинить вред вашему ребёнку, не возникало незапланированных беременностей, потому что кто-то напился на вечеринке. Чтобы кого-то убить, тоже надо было изловчиться и раздобыть оружие, да и слабых никто не избивал, потому что прикосновение — это особый и редкий для человека дар.

Люди просто жили и шли сквозь друг друга, пока однажды не врезались в свою половинку и не обретали счастье. Редкий случай, когда человек так и не находил свою пару, чаще всего соулмейты находили друг друга в университете.

Большим исключением являлись однополые пары и вызывали у общества неподдельный интерес, потому что были редкостью и не такими, как все. Народ поделился на два лагеря: те, кто признавал однополые пары, и те, кто их ненавидел, поэтому подростки очень боялись, что с ними может случиться такая редкая штука и их половинка окажется той же половой принадлежности, что и они.

В таком необычном мире жили Тони Старк и Питер Паркер. Тони Старк был ребёнком очень богатых и влиятельных родителей, которых, к сожалению, потерял, когда ещё был совсем маленьким. Он унаследовал огромное состояние, но не знал, что такое тепло человеческого прикосновения, с семи лет. Юноша был умным, сильным, успешным и весьма привлекательным и являлся главной звездой в своём университете и капитаном сборной по футболу. Типичный мачо. Все студенты так или иначе пытались коснуться Тони, мечтая оказаться парой самого популярного парня. Девушки, даже те, кто уже нашёл свою половинку, были от Старка просто без ума и не переставали грезить о нём и посылать улыбки и пикантные взгляды. Такое внимание горячило кровь молодого парня, и ему не терпелось найти среди этих девушек свою родственную душу, чтобы познать все прелести интимной жизни, как это сделали уже многие его друзья.

Питер Паркер был полной противоположностью Тони, хотя мальчик тоже потерял своих родителей в детстве и жил со своими дядей и тётей, не зная, каково это, когда тебя кто-то обнимает. Он учился в том же университете и был самым умным студентом второго курса. Старк предпочитал спорт своим большим мозгам и потому отдал пальму первенства заучке Паркеру. У Питера не было спортивных талантов, он не был популярен, хотя имел весьма симпатичную мордашку, но как-то так вышло, что ботаников не особо любили, и парень быстро стал жертвой насмешек и издевательств. Пусть никто не мог причинить вред физически, но иногда слова могут ранить не меньше. А ещё тупоголовые футболисты — так их про себя звал Питер — имели привычку плеснуть слаш — а это фруктовый лёд — прямо в лицо парню, отчего приходилось таскать в универ запасную одежду.

Эти двое не обращали внимания друг на друга весь первый курс. Тони не донимал Питера, но смеялся в стороне, когда его друзья подтрунивали над юношей, а Паркер хоть и был жертвой, но в словесной перепалке был непобедим, чем вызывал уважение Старка, которое тот никак не проявлял. Ещё бы, он никогда не променял бы свою популярность на общение с неудачником, даже если этот неудачник был весьма умён и Тони порой безумно хотелось с ним поговорить, ведь его друзья были тупы как пробки.

И потом, Паркер всегда смотрел на Старка сверху вниз, образно выражаясь — потому что, вообще-то, он ростом был ниже, — считая его таким же недалёким, как и его друзей. И Тони это высокомерие злило, так что ко второму курсу он тоже стал кидать едкие словечки в адрес Питера и его друзей, которых всего было двое: такие же умники Мишель Джонс и Нэд Лидс. Но, с другой стороны, Тони немного восхищался этой троицей, потому что, несмотря ни на что, они не боялись быть самими собой и за всеобщей любовью не гнались.

Но хватит предисловий, перейдём к той части, когда жизнь ботаника и мачо изменилась навсегда. Это был самый обычный день, физкультура, после которой все отправились в раздевалку. Питер, как и обычно, переодевался у своего шкафчика в углу, спортсмены шумели в центре помещения, потом с таким же шумом покинули раздевалку, и Паркер, полагая, что он остался один, спокойно собрал свои вещи, наступил на шнурок, который забыл завязать, потерял равновесие и упал, угодив в чьи-то руки, которые крепко сжали его.

Парень забыл, как дышать: столь непривычно было ощущение чужих рук на своём теле, пусть и через одежду. Он шокированно поднял глаза, чтобы увидеть, кто же его соулмейт, кто же его судьба, которая встретилась ему в мужской раздевалке.

— Нет! — прохрипел Тони, продолжая удерживать тонкое тело Паркера в своих руках, понимая, что вот он — тот долгожданный момент встречи с парой. Вот только это была не красавица Пеппер Поттс или Наташа Романова, что учились на курс старше и очень нравились Старку. Это был парень, его соулмейт был с ним одного пола, да ещё не кто-нибудь, а главный неудачник университета, которого презирали все его друзья, Питер Паркер. — Нет! — уже теперь крикнул Старк и с силой оттолкнул от себя мальчишку так, что тот врезался в чужие шкафчики.

— Ауч, — простонал Питер, потирая ушибленное плечо. Он был в не меньшем шоке, чем Тони, и тоже совсем не рад тому факту, что его родственная душа парень, да еще и тупой спортсмен, которого волновала лишь собственная репутация.

— Скажешь кому-нибудь — я тебя побью, потому что я это могу! — прошипел Старк, он никогда не был склонен к насилию, но адреналин бурлил в его крови, и он стал угрожать на эмоциях, слабо соображая, что ему делать со всем этим дальше.

— Больно мне нужно трепаться о том, что мой соулмейт ты, я не вхожу в число твоих фанатов! — сквозь зубы ответил Питер, подняв с пола свой рюкзак и повесив его на плечо. — Забудем об этом, как о страшном сне, Старк! — бросил он напоследок и оставил Тони в раздевалке одного.

Но Тони легко было оттолкнуть, а Питеру легко было сказать «забудь», когда всё только-только случилось, когда они ещё не поняли, что, вообще-то, являлись единственной судьбой друг друга. Когда ещё не знали, что если откажутся от этого, то останутся на всю жизнь одиноки.

Осознание пришло позже, когда оба разбежались по своим домам и метались в своих комнатах, как раненые звери. Хотелось кричать, хотелось рыдать, хотелось тупо сдохнуть — так сильно не хотелось им верить в эту правду, ведь каждый мечтал, что когда-нибудь ощутит вновь человеческое тепло, как в далёком забытом детстве, но, кажется, их мечтам было не суждено сбыться.

Парни игнорировали друг друга целую неделю и были сами не свои, что не ускользнуло от их друзей, но оба искоса смотрели друг на друга на занятиях и в столовой и упорно отмалчивались. Питер ссылался на то, что нервничает перед сессией, чего никогда не было раньше, а Тони врал, что психует из-за предстоящих важных матчей по футболу.

Но чем больше проходило времени, тем нервознее они становились, и Старк не выдержал первым. Он дождался, когда Питер останется в библиотеке один, таща за собой огромную тележку с книгами и раскладывая их по полкам.

— Чем занят? — спросил Тони, неожиданно появившись с другой стороны книжного стеллажа, его лицо было видно в пустом проёме между книгами.

— А что, незаметно? — вопросом на вопрос ответил Паркер, не понимая, чего это вдруг Старк решил с ним заговорить. Тот нервно озирался по сторонам, словно боялся, что его кто-нибудь увидит разговаривающим с Питером.

— В смысле, вся эта телега, всё это твои книги? Ты их все прочитал? — уточнил парень свой вопрос и закусил нижнюю губу. Питер подумал, что у Тони очень красивые и пухлые губы, а потом зажмурился, отгоняя эти мысли прочь.

— Нет, я всегда помогаю миссис Брум в библиотеке, за это она разрешает мне брать те книги домой, которые вообще-то можно читать только тут, — ответил Паркер, сам не понимая, зачем рассказал это своему соулмейту. С чего вдруг его потянуло на откровение?!

— Слушай, давай поговорим о том, ну, ты знаешь о чём! Потому что я заметил, что ты изменился после того случая в раздевалке…

— Ты следишь за мной?!

— Чего? Нет! Много тебе будет чести! — фыркнул Тони, но под насмешливым взглядом собеседника сдался и сказал правду. — Возможно, слежу, но и ты вечно смотришь в мою сторону, мы же соулмейты, в конце концов!

— Тсс! Тише! Не ты ли грозился избить меня, если об этом кто-нибудь узнает?! — шикнул Паркер и двинулся вперёд, чтобы продолжить свою работу, но Старк отставать был не намерен и, поравнявшись с парнем, просунул голову в проём между книгами.

— Я тогда это сказал сгоряча! Я был в шоке, как и ты, я ведь понимаю, что ты тоже в ужасе от того, что теперь придётся всю жизнь быть одному, потому что я тоже в ужасе! Мы оба вытянули несчастливый билет, но…

— Что «но»? — напрягся Питер, продолжая смотреть в растерянные карие глаза напротив. Между прочим, очень красивые глаза, обрамлённые пушистыми тёмными ресницами, он раньше не замечал, какие они красивые.

— Короче, это прозвучит странно, но я хочу коснуться твоей руки, всего лишь на пару секунд, чтобы узнать, каково это. Я не знаю, в курсе ли ты, но мои родители умерли, когда мне было семь, и я не помню, как это… — Питер не ожидал такого откровения от Тони, но понимал его как никто другой, потому что в жизни они вытянули несчастливый билет дважды.

— А мои, когда мне было четыре, — Паркер ошарашил этой новостью Старка, а потом протянул свою тонкую ладонь с длинными пальцами через книжный стеллаж. — Смелее, пока никто не видит, второй раз предлагать не буду, — буркнул Питер, словно делал одолжение, хотя самому хотелось ничуть не меньше.