— Я сказал, покажи себя.
После этого Пещерный Эльф взмахнул посохом и открыл рот.
— Кии… Я-Я п-пришел н-не… с-сражаться.
Удивительно, но Пещерный Эльф говорил на языке другого мира. Его голос был воздушным, а тембр звучал металлически, поэтому было трудно понять, но коронованный Пещерный Эльф, несомненно, говорил на общем языке этого мира.
Сончул взглянул на Пещерного Эльфа и заговорил тихим голосом.
— Тогда какова твоя цель?
— Я… я видел всю… Вашу силу. Вы единственный… кому мы бы никогда не могли противостоять… несмотря на это… Вы не можете идти дальше.
— Скажи мне почему, Слепой.
Пещерный Эльф сотрясался, как будто был поражен страхом, а затем заговорил с большим трудом, дрожащим металлическим голосом.
— Д-дальше… лежит… Король перьев и Клювов.
— Король? Король Авианов?
— Это… верно… проклятый король… который не только похоронил заживо… миллионы моих сородичей… но и поглотил свой собственный род.
— Вы говорите, что король Авианов все еще жив?
Пещерный Эльф не понял вопроса Сончула и пробормотал что–то непонятное. Сончул так и не смог понять смысл сказанного. Когда это унылое бормотание подошло к концу, Пещерный Эльф медленно продолжил свою речь.
— Король… Перьев и Клювов… даже Вы… не можете противостоять ему… он уже далеко превзошел… смертные пределы … и вошел в… царство малых богов… если… эта вещь пробудится… великая катастрофа … настигнет нас.
Это были последние слова коронованного Пещерного Эльфа. После разговора Пещерный Эльф рухнул, а из его тела начал выходить черный дым. Когда дым был развеян, на том месте, куда рухнул коронованный Эльф, остался лежать совершенно иной Эльф.
«Он, должно быть, наложил магию иллюзии на своего живого сородича».
Это была магия, о которой он никогда не слышал. Это могла быть тайная магия, передаваемая среди Пещерных Эльфов из забытой древней эры прошлого. Пещерные Эльфы, должно быть, отчаянно хотят использовать такую магию, чтобы предупредить Сончула.
«Довольно странно. Король Авианов все еще может быть жив согласно сказанному Пещерным Эльфом, но Мими не сказала ни слова об этом».
Он не мог определить, кто из них лгал, но такие вещи не беспокоили Сончула. Пока был способ получить больше мощи, у него не было другого выбора, кроме как двигаться вперед. Сончул развеял все свои подозрения и отправился дальше. Вскоре, новый враг преградил ему путь. Это были мумифицированные птичьи трупы. Они обладали зловещей аурой, которая была несравнима с аурой, излучаемой толпой скелетов, бродящих на первом этаже. Сончул почувствовал холод черной магии, которым веяло от этих трупов.
Демонический Кнут «Кассандра, снова появился из хранилища души.
Фвик!
Тяжелый удар от хлыста оставил от трупов только куски.
В то же самое время, где–то рядом происходила такая же битва. Сончул услышал взрыв и крики гомункулов недалеко от него. Он направился к источнику шума.
Мими смотрела на безвольные трупы птиц холодным взглядом. На ее лице не было ни царапины, но она не обошлась без потерь. Один из Гомункулов потерял ногу и ползал по полу.
— Мисс Мими… Мисс Мими… оставьте этого главу расследования Уджиру! Я не могу продолжать.
Гомункул тащил своё тело к Мими, истекая кровью из отрезанной конечности, и тихим голосом шепча, схватившись за её юбку. Мими выглядела неуверенно, но вскоре решилась:
— Мне очень жаль.
Мими посмотрела на других Гомункулов.
— Новый руководитель расследования Уджичу! Теперь использовать завесу будешь ты…