— Шиик! Кахийик!
Пещерный Эльф издал резкий крик, находясь позади. Это заставило других Пещерных Эльфов оставить своих родственников и бежать в темноту. Сончул, который только что закончил раунд односторонней резни, остановился, чтобы сосредоточиться на звуках в пещере.
Он мог слышать слабые звуки битвы, бушующей поблизости. Фехтовальщики Древнего Королевства вступили в ожесточенную борьбу с Пещерными Эльфами. Пещерных Эльфов было больше, но на стороне людей был Мастера Меча. Михаэль качнул своим клинком, который испускал синеватую ауру, влетая в центр формирования Пещерных Эльфов.
— 3… 2… 1… Стреляй!
Михаэль закрутился волчком и начал слепо уничтожать близлежащих Пещерных Эльфов. Он не оставил ничего, кроме кусков трупов на своем пути. Однако Пещерные Эльфы не сидели, сложа руки. Пожилой Пещерный Эльф с пирсингом из костей, украшающим его лицо, выстрелил костяной стрелой в сторону Михаэля, скорость вращения которого, к тому времени, стала ослабевать. Она летела с ужасающей силой к его шее, как молния.
В этот момент появился человек, который защитил его, отбив стрелу. Глаза Сончула загорелись любопытством.
«Довольно опытный парень».
Он задался вопросом, кто это был, и оказалось, что это человек лет сорока в одежде дворецкого.
— Мастер. Тот, кто способен захватить последние 5 секунд, одерживает победу. Не забывайте об этом, сэр.
— Я ценю это, Ордиас.
После обмена соответствующими формальностями Михаэль готовился к финальной атаке с подчиненными ему Адептами Меча. Битва закончилась в тот момент, когда старый Пещерный Эльф с пирсингом умер.
Эльфы бежали, чтобы больше никогда не напасть.
Как только битва была закончена, Мими явила себя, сняв завесу, скрывающую её и гомункулов, и подошла к тому месту, где стоял Михаэль.
Шлепок!
Ее рука ударила Михаэля по щеке. В его глазах мелькнул смертоносный свет, однако Ордиас придержал его. Ордиас покачал головой, глядя в сторону Мими, и в одно мгновение гнев исчез из глаз Михаэля.
— Почему ты открыл дверь? — Мими агрессивно надавила. — Почему ты открыл дверь?
— Это была дверь, которую нужно было открыть в любом случае.
Михаэль ответил, потерев щеку, на которую пришелся удар. Леденящая кровь враждебность зарождалась во взгляде Мими.
— Это ты называешь оправданием? Ты настолько бесстыден, что можешь смотреть, на ту трагедию, которую сам и создал?
— Трагедия? Какая трагедия? Настоящая трагедия еще даже не произошла, — Михаэль плюнул на пол, обернувшись. Он вглядывался в Мими, которая смотрела на него краем глаз, когда он проговорил холодным тоном. — Похоже, Вы не знакомы с моим отцом, Уилли Гилфордом. Вы не должны истолковывать его слова так буквально.
— … что это значит?
— Мой отец сказал так: защищайте область вокруг подземелья в течение недели. Но это все, чего он хотел? Я так не думаю.
— …
— Мой отец, вероятно, желал, чтобы мы закончили изучение более глубоких областей подземелья. Вместо того, чтобы тратить неделю, ничего не делая.
— Я не понимаю, почему мы должны следовать приказам, которые даже не были даны?
— Это доказательство того, что вы действительно не понимаете социальные условности Древнего Царства.
Михаэль обращался с ней так, как будто он ругал ребенка. Мужчина в наряде дворецкого встретился глазами с Мими, затем заговорил тихим голосом и кивнул.
— Как сказал мастер, мы должны поторопиться. Если Мастер Гилфорд обнаружит, что мы не смогли получить никаких результатов к тому времени, когда он вернется, он спишет нас со счетов. Я надеюсь, что Вы будете иметь это в виду, по мере нашего продвижения вперед.
Мими больше не говорила. Даже когда Михаэль и группа исчезли в глубине подземелья, она стояла, тупо уставившись в пол с выражением, которое показало, что она не совсем понимает ситуацию, развернувшуюся вокруг. Сончул не понимал её настроения, но другой мир был полон иррациональностей, таких как это. Люди со странными социальными условностями неизбежны.
— Мисс Мими, Вы расстроены~йейо? — гомункул, вьющийся у её ног, осторожно задал вопрос.