Белый тигр: читать начало книги онлайн

Сколдер, склонив голову, молча вперил свой немигающий взгляд в зверобоя, и тот как-то сник, будто сдулся. Несмотря на свой огромный рост, Гуннар смотрелся рядом с шаманом, как нашкодивший школьник.

– Я много раз говорил, что сыновья Зеленой луны теперь – наши союзники. Они тоже служат Саавару. Так что изволь уважительнее отзываться о них.

– Так я… это… Мы же просто, между собой… – промямлил верзила. – По старой привычке.

– Вытаскивай их и привяжи позади седла.

Я в голос зарычал, когда зверобой выволок меня наружу – спутывавшие меня веревки затянулись уже так, что сдавливали, как тиски, даже сквозь толстую меховую одежку. Но рычал я не столько от боли, сколько от бессильной злости.

Ну, просто зашибись! Половину игровой сессии я уже проторчал в промерзлой тесной клетке. А теперь еще и вдоволь налюбуюсь на медвежью задницу. Просто уникальный геймплей! Добро пожаловать во Фроствальд, приезжайте к нам ещё.

Зверобой легко поднял нас с Ильвой за шиворот, будто щенят, и Сколдер внимательно осмотрел нас. Ильва рычала и плевалась в его сторону. У меня на это, если честно, не осталось сил. Дебаффы сковывали меня не хуже веревок, и я чувствовал, как жизнь вытекает из меня, будто жидкость из прохудившегося бурдюка. Если бы в Артаре были полоски с хитпойнтами, то сейчас бы эта полоска у меня съеживалась, неумолимо стремясь к нулю.

Похоже, выглядели мы довольно жалко, особенно я, потому что шаман распорядился влить в нас по несколько глотков какого-то жгучего пойла. До мягкого вкуса и аромата медовухи ему было далеко – похоже, мед в окрестностях Ледяного хребта в дефиците. Что неудивительно – посмотрел бы я на тех пчел, что выжили бы при таком морозе. Местный алкоголь гонится из чего-то очень кислого и терпкого – наверное, каких-то ягод. Но, надо признать, глотку эта штука продирает до самого желудка, и даже от небольшой дозы по всему телу начало разливаться тепло.

Седло, закрепленное на спине белого медведя, оказалось хитроумной массивной конструкцией, напоминающей целый трон. Задняя лука была необычно высокой, и с обратной ее стороны были предусмотрены крепления для груза. К ним нас с Ильвой и привязали, перебросив поперек спины зверя – благо она была куда шире, чем у лошади. И мягче. Да и пахло от него куда лучше, чем от тюков со шкурами, в компании которых нам пришлось ехать полдня.

У меня даже настроение немного улучшилось. Неужто жизнь начинает налаживаться?

А потом Сколдер забрался в седло и пустил своего зверюгу галопом. Вот тут я понял, что мои злоключения на сегодня явно не закончены, и на сладкое Артар приготовил для меня особые издевательства. Четверть часа такой скачки всю душу из меня вытрясли. Может, все из-за того, что багажный отсек не предназначен для живых пассажиров, так что глупо было ожидать от него комфорта. Но, сдается мне, что в принципе ездить верхом на белом медведе – так себе затея.

Хотя, учитывая местные условия, сложно было представить здесь других маунтов. Обычные лошади бы далеко не продвинулись в этих снегах и льдах. А уж ездовые ящеры, популярные в окрестностях Гаракса, и вовсе окочурились бы на морозе через пару минут. Косолапый же монстр же легко мчался в гору, а местами карабкался вверх по почти отвесным обледеневшим валунам.

Весь прошлый день в реале, как, впрочем, и предыдущий, я провел, изучая географию Фроствальда – насколько ее вообще можно было изучить, опираясь на довольно скудные официальные данные. Я знал, что от крепости Зверобоев в сторону Двуглавой горы ведет более-менее сносная дорога, которая затем серпантином поднимается по крутым склонам правого ее пика – высокого, конусовидного и обледеневшего настолько, что ходят споры, есть ли вообще под этой толщей льда каменная основа, или нет. Вторая «голова» горы чуть севернее, и сейчас почти скрыта своим соседом. Она почти наполовину ниже, с плоской вершиной, в которой располагается жерло вулкана. Не совсем потухшего, поскольку он до сих пор время от времени выбрасывает в воздух целые облака пепла и пара. Такое вот соседство жара и льда. Единство и борьба противоположностей.

Вход в Ледяное жерло располагается где-то в средней трети ледяного пика, так что я мысленно настроился на еще пару часов мучений. Причем наверняка я бы не дотянул до конца маршрута – даже у подножия горы ветер пронизывал до костей, а уж что будет на высоте, и вовсе представить страшно. Ильва вроде бы держалась – у ликанов все-таки неплохая врожденная сопротивляемость к холоду. А вот вместо меня довезут лишь замерзшую тушку.

Но, к моему удивлению, дорога заняла у нас втрое меньше времени, чем я рассчитывал. Сколдер сходу направил своего медведя мимо дороги, и мы карабкались по каким-то нехоженым тропам, временами перелезая через нагромождения камней и перепрыгивая через глубокие расщелины. Наконец, шаман остановился на вроде бы ничем не примечательной плоской площадке, с двух сторон обрывающейся в пропасть. Спрыгнул в снег и зашагал пешком, держа медведя за поводья. Перед ним вздымалась ввысь сплошная ледяная стена, в которой не было видно ни единой трещины. Однако вскоре до меня донесся тяжелый рокот и скрежет – будто железнодорожный вагон протаскивают по проржавевшим рельсам. Еще немного – и мы оказались в узком темном проходе между двумя раздвинувшимися ледяными плитами.

Я вертел головой, пытаясь разглядеть хоть какие-то подробности, но ничего не вышло. Сплошной темный лед кругом, никаких знаков, частей механизмов или чего-нибудь еще, что могло бы послужить ориентиром. Я вряд ли даже отыщу ту площадку, на которой мы находимся. Если бы я хотя бы мог карту достать – то отметил бы местоположение по координатам…

Вот ведь засада! Ну и какой из меня разведчик?

Плиты за нами сдвинулись, Сколдер снова залез в седло, и медведь бодро потрусил вперед. Я же глядел по сторонам, и глаза мои, наверное, округлялись все сильнее с каждой минутой.

Длиннющий, прямой, как струна, туннель без всяких излишеств. Ровные, будто отполированные ледяные стены, на потолке через равные промежутки – яркие белые кристаллы-светильники. По нему мы проскакали вглубь горы метров двести, не меньше. Потом стали попадаться боковые ответвления, и Сколдер перевел медведя на шаг.

Боковые отростки были уже и короче основного коридора. Проезжая мимо некоторых, я успевал разглядеть, что они оканчиваются тупиками. Но, думаю, это была лишь видимость – там просто скрывались потайные двери. И даже виднелись рычаги, их открывающие. Тоже без всяких изысков – лаконичные железные рукоятки. Все это явно не было делом рук Зверобоев. И даже на алантские сооружения не было похоже.

Да чтоб мне лопнуть на месте! Это же червоточины! Служебные потайные ходы админов, о которых столько слухов ходит с самого основания игры. Мы с Псами уже наталкивались на что-то подобное в Сером пике. Но там-то ситуация была из ряда вон выходящая. И стоило нам туда сунуться – как явился Призрак со своими адамантитовыми зверюгами, и мы чуть бан не схлопотали. А тут – непись шастает по тайным туннелям, как у себя дома. Да что же тут творится-то?

Сколдер, наконец, свернул в один из коридоров, спешился и дернул за рычаг, открывающий очередной замаскированный проход.

А вот тут антураж резко поменялся. Мы оказались в полутемной пещере уже явно естественного происхождения. Ну, насколько это слово вообще применимо к Артару. Здесь было все еще так холодно, что вокруг поблескивал лед и иней. Но по сравнению с тем, что творилось снаружи, это было просто спасение. Там, на склонах горы, явно было градусов сорок мороза, да еще и с ветром. Здесь же – может, чуть ниже нуля. Кое-где даже капала вода – видимо, подтаивали свисающие с потолка сосульки.

Впереди маячили пятна света. Судя по характерному оттенку и дрожанию – открытый огонь. Но Сколдер направился не прямиком туда, а свернул направо, делая длинный крюк вдоль стены. Здесь в скале были прорублены глубокие ниши, забранные решетками. Все это очень уж напоминало тюремные камеры. В одной из них, самой большой, кто-то был. Здоровенный рослый мужик, распятый на дальней стене. Голова его бессильно свисала набок, длинные побитые сединой волосы почти полностью скрывали лицо. Но Ильва, увидев его, дернулась так, что едва не разорвала путы.

– Отец… – в ужасе прошептала она.

Большую часть камеры Пеплогрива занимало какое-то странное устройство – не то орудие пыток, не то какой-то алхимический аппарат с кучей стеклянных колб. Прямо в грудь ему впивалось несколько тонких гибких трубок. Подробнее разглядеть не получилось – мы быстро прошли мимо. Сколдер остановился лишь через десяток метров, рядом с очередной камерой. Молча отвязал нас от седла и одного за другим бросил на голый каменный пол. Железная решетка оглушительно лязгнула, закрываясь. Затем шаман переключил длинный рычаг, торчащий из пола метрах в пяти напротив камеры. Что-то еще раз скрежетнуло, скрипнуло, и наш тюремщик скрылся из виду.

Я, для порядка переждав еще с полминуты, откатился в сторону, а потом, как огромная гусеница, подполз ближе к решетке. Боднул ее головой. Заперто, конечно. И вот тут явно алантский механизм. Это видно даже по характерному цвету металла – желтоватому, похожему на латунь. Никаких ключей не надо – вон тот рычаг задвигает какие-то скрытые засовы и фиксирует решетку намертво.

Ильва лежала неподвижно и что-то скулила себе под нос.

– Отец… Что они с ним сделали?!

– Хватит ныть! – шепнул я ей. – Давай лучше выбираться.