Wehrmacht. Сухопутные войска III Рейха: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Завоевание Югославии, Греции и Крита весной 1941 г. стало еще одной внушающей ужас демонстрацией немецкой военной мощи, но вместе с тем событие это отодвинуло начало операции «Барбаросса» — вторжения Вермахта в Россию.

Унтер-офицер стреляет из ракетницы, подавая сигнал к атаке в Мостаре, Боснии, в апреле 1941 г.

Генерал Эвальд фон Клейст (справа), командующий 1-й танковой армией на КПП в Югославии. Май 1941 г.

Два танка PzKpfw-IV стоят в стороне, в то время как немецкие мотоциклисты упорно преодолевают пересеченную местность на севере Югославии в апреле 1941 г. Запечатленный здесь мотоцикл — BMW R-750.

Колонна PzKpfw-III въезжает в типичную деревню где-то на границе между Болгарией и Грецией в апреле 1941 г. Танки находятся в полной боеготовности, что видно по наличию на их броне запасных гусеничных траков и катков.

Захват немцами Западной Европы в корне изменил стратегический ландшафт. На протяжении всей своей недолгой истории объединенная Германия неизменно стояла перед кошмаром войны на два фронта — против Франции с ее союзниками на Западе и против России на Востоке. Гитлер, помнивший об уроках Великой войны, сознавал подобную опасность и, принимая во внимание еще одну данность — идеологическую полярность национал-социализма и коммунизма, делавшую столкновение между двумя системами неизбежной, — понимал, что перед поединком с Советским Союзом ему необходимо обеспечить свой западный фланг. Умелая дипломатия (и предложение поделить Польшу, с готовностью принятое) способствовала молчаливому согласию советского вождя Иосифа Сталина на действия Германии в конце 1939 г. и начале 1940 г., что позволило Вермахту сконцентрировать внимание на западных союзниках, однако для полного и окончательного искоренения коммунизма военными средствами Гитлеру требовалась подготовка. Уже 1 августа 1940 г. фюрер директивой № 17 приказал увеличить численность дивизий до 180, а также поставил запланированное вторжение на Британские острова (операция «Морской лев») в зависимость от успеха действия на море и в воздухе накануне морского десанта. Он уже поворачивался лицом к Востоку.

Решение, если смотреть на него в ретроспективе, было преждевременным. Несмотря на тяжелые потери, понесенные Британией в битве за Францию, территория этой страны оставалась незанятой немцами и могла послужить в будущем трамплином для вторжения на континент противников Германии. Конечно, для того чтобы подобная угроза стала реальной, требовалось время, а Гитлер, вне сомнения, пребывал в уверенности, что его стратегия коротких и решительных кампаний будет вполне применима и в случае нападения на Советский Союз, между тем, не предприняв должных усилий для уничтожения Британии летом 1940 г., фюрер совершил крупный просчет. Если бы немцам удалось разгромить Британию или ликвидировать ее как серьезную политическую силу, не пришлось бы начинать кампании на Балканах и в Северной Африке, а вместо того можно было бы сосредоточить все силы и средства против Советского Союза в тот момент, когда имелась возможность максимально их использовать — на ранней стадии любой атаки.

Немецкая колонна из мотоциклов, машин разведки и танков PzKpfw-III продвигается по лесистой местности в Югославии в апреле 1941 г. Обратите внимание на черный крест на броне танка — опознавательный знак, пришедший на смену белому кресту, характерному для Польской кампании.

Тяжелый артиллерийский тягач s.ZgKfz-18, в роли эвакуатора вышедшей из строя бронетехники в Центральной Югославии в апреле 1941 г. На платформе прицепа разместился PzKpfw-IVG, выведенный из строя, по всей видимости, противотанковой миной, которая серьезно повредила ходовую часть танка.

Но в 1940 г. никто в купавшемся в лучах славы Вермахте и не помышлял о том, что может случиться уже в ближайшем будущем, — там царила самая настоящая эйфория. Вооруженные силы Германии еще не испытали чувствительных неудач в боях, не говоря уже о поражениях, а превосходно освоенная немцами комбинация массированных и стремительных танковых ударов при умелой поддержке с воздуха неизменно приносила успех. В то же время и снаряжение постоянно совершенствовалось. Танки PzKpfw-III, боевые бронированные гусеничные машины среднего класса с усиленной броней и вооружением, находили широкое применение в кампаниях 1939 г. и 1940 г., тогда как PzKpfw-IV, оцениваемый многими как один из лучших танков Второй мировой войны, успешно дебютировал во время нападения на Францию.

Немецкие артиллеристы готовятся открыть огонь из 75-мм противотанкового орудия Pak-40 в горах Югославии. Разработанное в 1939 г., оно поступило на вооружение не раньше конца 1941 г., так что фотография эта сделана, вероятно, в ходе рейда против партизан в 1942 или в 1943 гг. Обратите внимание на габариты снаряда.

Немецкие мотоциклисты сопровождают колонну легких разведывательных бронемашин SdKJz-221 во время наступления в Греции в апреле 1941 г. На данном этапе войны SdKfz-221 оснащался одиночным пулеметом, установленным в башне.

Улучшения в области моторизации пехотных частей материализовались в форме начавших все активнее поступать в распоряжение мотопехоты полугусеничных бронемашин, способных преодолевать пересеченную местность бок о бок с танками. Кроме того, осознание факта, что 88-мм зенитное орудие можно с превосходным эффектом задействовать как противотанковое, возымело поистине трагические последствия для танкистов-союзников, ибо не существовало брони, которая смогла бы устоять перед подобным оружием. К причинам пристрастия Гитлера к непродолжительным кампаниям следует отнести и тот факт, что немецкая промышленность не справлялась с потребностями войск в вооружении, в то время как материальные потери, понесенные Вермахтом в Польше, в Скандинавии и в Западной Европе, уже отрицательно сказывались на подвижности армии, вместе с тем было бы ошибкой сомневаться в превосходстве немецкой военной машины в тот момент.

Так или иначе, поставленные Гитлером 1 августа 1940 г. задачи по расширению армии было не так уж просто претворить в жизнь. Десять из новых дивизий приходилось по плану на танковые, что должно было привести к удвоению общего числа таких соединений, но не могло быть достигнут иначе как через расчленение уже существующих формирований. Так, каждая из 10 дивизий, принимавших участие во Французской кампании, лишилась по одному из двух своих танковых полков (вследствие чего численность танкового парка дивизии сократилась примерно до 140 единиц), но в качестве возмещения получила по одному мотострелковому полку (в некоторых случаях не на бронемашинах, а на грузовиках). Короче говоря, собственно танков стало немногим больше, существенно выросло лишь число дивизий (хотя количество танковых дивизий увеличилось с 10 в мае 1940 г. до 21 в июне 1941 г., танков в них оказалось больше лишь на треть — 3332 по сравнению с 2574). Аналогичная политика нашла применение и в пехоте: полки из закаленных в боях солдат выводились из состава прежних дивизий, чтобы сформировать ядро новых частей, а на смену ветеранам приходили молодые рекруты (иногда, впрочем, не было вообще никакой замены). Все это означало, что в практическом плане боевые качества Вермахта не возрастали, несмотря на увеличение к июню 1941 г. количества дивизий в нем до 205, что составляло на 65 больше, чем в прошлом году. Кроме того, не так уж много было сделано для улучшения тылового обеспечения этих новых соединений, подавляющее большинство которых зависело от транспорта на гужевой тяге. Эта слабость, замаскированная победами 1940 г… дала себя знать со всей остротой, когда Вермахту пришлось действовать на огромных пространствах Советского Союза.

Предварительное планирование кампании, ставшей известной как операция «Барбаросса» (вторжение в Россию), началось на исходе лета 1940 г., и примерно в то же самое время стали очевидными передислокации войск с запада на восток. Но тут воду замутили иные стратегические соображения.

Пехотинцы, вооруженные винтовками и пулеметом, нашли укрытие во рву у обочины дороги, вероятнее всего, где-то в Южной Греции в апреле 1941 г. Настороженность на их лицах говорит о том, что они ожидают авианалета.

Предполагаемое вторжение в Британию было отменено не ранее октября, когда стал несомненным провал попыток Люфтваффе добиться превосходства в небе над Южной Англией, однако наиболее важные события происходили в Средиземноморье и на Балканах. Причина заключалась в том, что союзник Гитлера, фашистский диктатор Италии Бенито Муссолини, в надежде на легкие победы над уже ослабленными Британией и Францией 10 июня 1940 г. объявил им войну. К несчастью для так называемого альянса стран «Оси», войска Муссолини продемонстрировали свою полную неготовность к достижению намеченных целей. Несмотря на первоначальные успехи в Восточной Африке, где в июле итальянцы захватили Британское Сомали, в Египте (куда они вторглись в сентябре) и в Греции (атакованной в октябре) прогресса практически не наблюдалось. Более того, вскоре контратаки на всех трех вышеназванных ТВД привели к отступлению итальянцев, вследствие чего и немцы тоже оказались в неудобном положении. Если бы британцы, очистив Северную и Восточную Африку, послали войска на помощь грекам, южный фланг Германской империи в Европе оказался бы открытым как раз тогда, когда Гитлер готовился сосредоточить все силы для удара в восточном направлении. Ему просто пришлось бросить части Вермахта на выручку' своего союзника.

Под прикрытием благодатной тени рощицы на юге Греции механики «колдуют» над штурмовым орудием StuG-III. 1941 г. Эта самоходка имела шасси танка PzKpfw-III и длинноствольную 75-мм пушку, а также 80-мм броневую защиту и применялась для поддержки действий пехоты. (На фотографии — более поздняя модификация StuG-IIIF, поступившая на вооружение в 1942 г. — Прим. ред.).

В том, что касалось Северной Африки, больших ресурсов не требовалось — хватало не более одной-двух дивизий с соответствующими средствами поддержки (см. главу 4), — между тем на Балканах могло сложиться гораздо более тревожное положение. Германия зависела от поставок жизненно важной для блицкрига нефти из Румынии и не могла позволить себе оставить открытым свой южный фланг. Поначалу решение пришло дипломатическим путем — Румыния и Венгрия присоединились к альянсу стран «Оси» в конце 1940 г., а германские войска были размещены в обеих странах с согласия тамошних диктаторов. Однако когда греки контратаковали и отбросили итальянцев назад в Албанию, стало ясно, что проблема далеко еще не исчерпана. Так, 18 ноября 1940 г. Гитлер распорядился о подготовке плана быстрого и решительного наступления на Балканах, нацеленного на Югославию и Болгарию, в то же время Турция приняла гегемонию Германии и поддержала ее планы захвата Греции. Чтобы успеть начать запланированную весеннюю кампанию 1941 г. в России, требовался быстрый успех на Балканах. Болгария пошла на размещение частей Вермахта на своей территории, Турция молчаливо одобряла действия Гитлера, однако политический кризис в Югославии в начале 1941 г. не сулил успеха дипломатическим попыткам включения этого государства в союз стран «Оси». К апрелю Адольфу Гитлеру пришлось признать, что целями его кампании должно стать вторжение как в Югославию, так и в Грецию.

Задача завоевания Греции была поставлена немецкой 12-й армией (фельдмаршал Вильгельм Лист), сосредоточенной для реализации данной установки в Болгарии и включавшей в себя 12 дивизий. 27 марта 1941 г. Гитлер решил судьбу Югославии, а следовательно, когда 6 апреля началось вторжение, 11-му танковому корпусу предстояло развернуться в западном направлении к Скопье, предоставив начальные усилия в Греции одному 18-му корпусу. Среди остальных частей, которые осуществляли нападение на Югославию, находилась 2-я армия (Вейхс), которая выдвигалась на юг из Австрии и Венгрии, и 41-й моторизованный корпус, атаковавший в направлении Белграда из Румынии.