Заклятые враги: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сила Первого принадлежала ему. Бесконечное волшебство плескалось в жилах, рвалось на свободу и замирало бессмысленно долгим потоком — всё это отрицать было невозможно. Тэллавар никогда не чувствовал себя прежде до такой степени безгранично сильным.

Прежде ему что-то всегда мешало, даже мысленно. Что-то в сознании неустанно повторяло, что бессмертных и всесильных не бывает. Но теперь, когда сила самого бога оказалась в нём, можно было не бояться ни потери чар, ни слабости. У Дарнаэла Первого — об этом знали все, — резерв был практически безграничен, а силой наполнялся за считанные секунды. Гартро до сих пор не знал секрета его чар, но, впрочем, какая разница? Самое главное, что сейчас эта бесконечная магическая жила стала им самим, и сила била ключом, будто родниковая вода, вытесняла жалкую, слабую кровь в Тэллаваре, сменяя её на собственное творение. Он сам будто бы сиял изнутри, постепенно познавая всё, что таилось в его могуществе.

Гартро вновь откинулся на мягкую спинку кресле и закрыл глаза. Сознание теперь так легко выскальзывало из тела, что он мог существовать везде — всюду, куда только дотягивалась безграничная сила Дарнаэла Первого. Как тот мог не уничтожить весь этот мир, испытывая в себе столько бесконечной магии?

— Идите ко мне, Змеи мои, — повторил он. Это прозвучало едва-едва слышно — но на самом деле громкий, зычный голос звучал в их сознаниях. Да, сейчас Тэллавара не слышал никто, но там, в высоте, где блуждали древние существа, его магия казалась приказом. Не криком, но таким уверенным, строгим словом, громогласным, будто бы он сейчас прятался среди туч и бесконечно колдовал, даруя свою силу миру.

Да, оно того стоило. Стоило влачиться по землям Элвьенты и Эрроки, чтобы наконец-то получить эту бесконечную, такую огромную, всесильную магию, что сейчас билась под его кожей, не в силах отыскать оттуда выход. Он знал, что волшебство теперь получило слишком много власти над ним, но ещё несколько дней, и Тэллавар обязательно найдёт ключ к собственной власти. Его всесилие и так не знает никаких границ, а пройдёт время, и никто не сможет встать на его пути. Даже многомиллионные армии, не говоря уже о тех жалких отрядах, что есть в Эрроке и Элвьенте.

— Змеи мои! — он позволил себе почти прокричать эту фразу, упиваясь могуществом, но за спиной только недовольно кашлянули.

— Что вы делаете? — королева Марисса скрестила руки на груди. — Мало того, что куда-то подевалась моя волшебница, так тут ещё и происходит самый настоящий цирк!

— Уйди отсюда, — Тэллавар обернулся на неё было, но только стоило понять, кто стоит у него за спиной, как моментально потерял всяческий интерес. Королева была пустой, глупой женщиной, а внешняя её привлекательность казалась Гартро сильно преувеличенной.

Она попыталась было возмутиться, но магия сжала горло женщины так сильно, что она едва-едва могла дышать. Задыхаясь, шипя что-то сквозь стиснутые зубы, Марисса отступила — и выскользнула из шатра, устроенного специально для мага.

— Змеи мои! — повторил он свой привычный, почти равнодушный призыв, запрокидывая голову назад и позволяя чарам окутать его сплошной волной. — Змеи мои, придите же ко мне, дорогие, поскорее…

Они не были его. Он вообще никогда не видел ни одну из них — только какие-то жалкие рисунки зелёных полос, что тянулись за божеством — Эрри или Дарнаэлом, зависимо от того, в какой стране он видел ту картину али фреску. Даже на коврах их ткали, но крайне неудачно, и ничего хорошего с того обычно не получалось. Дарнаэл получался перекошенным и кареглазым, Эрри вообще горбатой, а бедные змеи пропадали с картин.

Их редко рисовали. Очевидно, потому, что все мастера предпочитали сосредоточиться на самом божестве, детально прорисовать, прочертить его лицо, фигуру, сделать взгляд таким добрым, мягким и в тот же момент повелительственным. У кого-то получалось хорошо, у кого-то — не очень, но это совершенно не интересовало сейчас Тэллавара.

Он услышал шипение краем уха и наконец-то открыл глаза вновь, самодовольно взирая на трёх пресмыкающихся в траве — он настоял на том, чтобы в его шатре никто не смел её вытаптывать и чем-то покрывать. Просто натянули ткань над головой, дабы спрятать божество от солнца, и всё — ему этого было вполне достаточно.

Змеи были действительно абсолютно разными, как он и предполагал. Одна — жёлтая, длинная — казалась ему похожей на эльфийку. Кобра, только точную породу Тэллавар не мог назвать — она теперь стояла перед ним, раздувая свой капюшон, балансировала на хвосте, а шипение казалось похожим на музыку.

Вторая была тускло-кирпичной, и этот вид Гартро вспомнить никак не мог. А третья — чёрная гадюка, ядовитая, очевидно. На фоне первой змеи они обе казались отвратительными, но верности в них было куда больше.

— Милые, — прошептал он. — Как хорошо, что вы пришли…

Он мог бы приказать им стать вновь всё теми же женщинами, в телах которых змеи проводили свою основную жизнь. Но нет — сейчас он только приказал им держаться под его огромной мантией, чтобы выбраться из-под чёрной ткани тогда, когда будет нужно.

— Как хорошо, что вы со мной, — улыбнулся он. — Что действительно готовы служить мне верой и правдой и убить каждого, кто только встанет на моём пути, правда?

Ему показалось, что согласно и покорно зашипела только одна змея, вторая. Кобра всё так же сердито крутилась вокруг его ног, собиралась даже сомкнуть на его щиколотке свои клыки, но не решилась. Недовольство, пылающее в ней, было для Гартро чем-то забавным — в конце концов, разве змея действительно могла причинить вред тому, кто теперь пылал подчиняющей её силой?

Он провёл ладонью по воздуху, и из пустоты появилась огромная, подробная карта. Достаточно было лишь нескольких взмахов и щелчков по неощутимой поверхности, как она приблизилась к нему, наконец-то демонстрируя местность, где находилась сейчас армия Торрессы.

Как хорошо всё-таки, что им удалось миновать на кораблях горы и теперь выйти совсем-совсем близко к долинам. Эта тонкая элвьентская коса оказалась совсем пустой — но маленькие деревушки тянулись вдоль бывшего кордона.

Гартро кивнул сам себе, указывая на самую ближнюю точку — несколько домиков, постоялый двор для путешественников, всё ещё не прикрытая вывеска таверны — «тут был Его Величество», будто бы присутствие Дарнаэла — повод для гордости.

— Сюда, — он посмотрел на своих змей, — мы и ударим.

До деревни и ходу-то было всего несколько часов, а что армия до неё доселе не добралась — так то всё от лени. Они выдвигались, впрочем, всей мощью — растянулись длинным хвостом, подтягиваясь к огромным долинам, что тянулись от Эрроканских Гор и заканчивались где-то у элвьентских лесов. Там удобно проводить бои, там — Тэллавар надеялся, — он проведёт успешную кампанию по захвату чужих территорий, но сначала ему надо было получить свою молодость, свою силу… А потом всё остальное. Магии Дарнаэла Первого достаточно, чтобы существовать, но он ведь хочет жить полноценной жизнью. Когда-то давно он был довольно привлекательным мужчиной, нет разве? А почему сейчас должен замирать в этом бесконечном круговороте пустоты и равнодушия? Почему ни одна женщина не влечёт его к себе, почему всё вокруг кажется опостылевшим и надоедливым? Всё это — возраст, но даже с ним можно бороться, когда в тебе течёт божественное волшебство.

Он стоял слишком близко к пылающему дому. Языки пламени тянулись к нему, пытались лизнуть кожу, но не дотягивались, словно разбивались о могучие щиты. У ног вились змеи, но Тэллавар их не боялся. Тихое шипение отгоняло солдат и простолюдинов; тут, среди бесконечного огня и чужой человеческой боли он испытывал удовольствие, упивался первыми признаками собственной власти.

Им всем было до ужаса страшно. Народ не просто боялся — народ мечтал куда-то убежать, вопил и кричал от боли. Никто — в этом Гартро был уверен, — не выжил, маленькая деревушка сметена с пути, но… Разве ж это не игра? Разве не короткая, дикая мелодия разрывает их сердца и заставляет бросаться в огонь?

Солдаты — звери. Он швырял отряд за отрядом на эти три двора, наблюдал, как они в экстазе плясали на чужом пламени и на человеческих костях. И знал, что это победа.

— Простите, но разве эта деревушка — такая уж важная, чтобы наши воины тратили столько времени и сил на её сожжение? — послышался недовольный вопрос у него за спиной. Королева Марисса — в своём извечном чёрном платье, траурном донельзя, с прячущимся за её спиной сыном, гордая и непобедимая. Что бы она могла значить, не останься тут Гартро? Разве в ней самой есть хоть капелька силы, способной привести эту женщину и её войско к победе? Разумеется, ничего нет. Она жалкая, никому не нужная… Просто — женщина, такое короткое и немного игривое отчего-то слово.

Она могла показаться ему красивой. Возбуждающей. Но Тэллавар никак не мог победить собственный отвратительный, надоедливый возраст, от которого постепенно становилось дурно. За что ему это бесконечное недовольство, эта жалкая пародия на собственную жизнь? Молодость! Он так устал находиться в этом старом, жалком теле!..

— Мы победили, — развёл руками он. — Мы победили, Ваше Величество. Празднуйте. Эта война — вот, что сделано в вашу честь.