— Какого хера у тебя там труп, Икс?
Мои глаза расширяются.
— Что?
— Вот что означает тот код. Был ли кто-то еще в доме, кроме тебя и Анны, когда начался пожар?
— Нет, — отвечает Анна. — С Каем были два парня, которые устроили пожар, когда вырубили Ксавьера, но они оба здесь.
— Когда я был там, больше никого не было, — подтверждаю я.
Коул приподнимает бровь.
— Тогда я предлагаю тебе тащить свою задницу туда и посмотреть, что происходит. Я разберусь со всем этим.
— Уверен?
Он кивает.
— Я даже провожу тебя.
— Спасибо, мужик. Я твой должник, — говорю я и пожимаю ему руку.
— Я вспомню об этом, когда понадобятся люди, которые будут свидетельствовать против Бишопа.
— Абсо-нахрен-лютно рассчитывай на меня в этом дерьме, — отвечаю ему. — Я сделаю все, чтобы помочь.
Мы с Анной возвращаемся назад к дому бабушки, я паркую байк и прохожу под желтой полицейской лентой.
— Эй ты! Стой на месте, — приказывает один из полицейских.
Я иду к дому, из входной двери которого до сих пор валит дым, но видимого огня уже нет.
— Это мой дом. Я собственник.
Тяжеловесный коп тащится ко мне.
— Черт, мужик, что случилось с твоим лицом?
— Ничего, — отвечаю я, отмахиваясь от него.
Судя по его реакции, выгляжу я довольно хреново. Вероятно, я почувствую это дерьмо утром, но сейчас адреналин бурлит настолько сильно, что боли почти не чувствую.
Он пожимает плечами и говорит:
— Идем за мной. — Он подводит нас к высокому худому мужчине в костюме, стоящему у открытого багажника полицейской патрульной машины. — Детектив Грейсон, это владелец дома.
Долговязый детектив с песочного цвета светлыми волосами один раз осматривает меня, а затем выхватывает блокнот, не спрашивая о моих травмах.
— Имя?
— Ксавьер Колд.
Его взгляд резко устремляется ко мне, и он подозрительно спрашивает:
— Возраст?
— Двадцать восемь. — Я приподнимаю бровь. — Какое это имеет отношение ко всему?