Вокруг нас никого не было и никто не мог услышать его крики. Никаких свидетелей. Никаких лишних глаз и ушей.
— Ну привет, Васкес, — Юнас повернулся на лицом ко мне и я почувствовал удовлетворение, видя синяк на его носу. Его лицо скривилось, парень сильно испугался и сглотнул. Еще бы, он знал, что его ждало. Это меня повеселило.
Магнуссон быстро схватил его за шею и прижал к себе спиной так, что он не мог двигаться. В его глазах блеснул страх. Несмотря на темноту, благодаря фонарям я видел, как расширились его зрачки.
— Когда «Якузы» успели стать такими трусами? Не хорошо это, — я замахнулся и нанес сильный удар в живот, слыша в ответ крики и стоны. Даже Вильям, который держал Юнаса, пошатнулся. Бедный мальчик. Затем я попал кулаком прямо по носу, что сразу же начал кровоточить. Его лицо повернулось в сторону, открывая мне вид на окровавленные зубы и губы.
— Это тебе за машину, урод, — он хотел прикрыть своей ладонью лицо, но Вильям не позволил.
Юнас казался игрушкой в наших руках, но даже в такой момент он старался показать свои силы и непобедимость. Он бросил на меня взгляд, который выражал злость и почти уничтоженную самооценку и, конечно же, чувство собственной важности, независимости. Его внешний вид приносил мне неописуемое удовольствие. А я ведь только начал и собирался окончательно сломать его.
И вовсе сорвавшись, кулаком я врезался раз за разом в его челюсть, ощущая, как болят мои костяшки. Его шипение и громкие крики только сильнее разжигали меня. Попадая в глаз, я с наслаждением представлял его лицо завтра, а в последний раз пройдясь по его линии подбородка, я не мог перестать улыбаться виду темно бордовой крови, что стекала на футболку. Его глаза закрылись и я мог только представить, как больно ему было. Но это чудесно. Просто волшебно. Вильям улыбнулся мне, когда я подошел ближе и прошептал прямо в его ухо:
— А это тебе за Эву.
Снова и снова ударяя его в живот, я потерял счет времени и ударам. Я слышал, что ломаю его ребра, но мне было абсолютно все равно.
Юнас не мог стоять на ногах, у него не осталось сил кричать, когда я сказал Магнуссону отпустить его обессиленное тело. Громко падая, я снова наклонился к нему и, прежде, чем пнуть ногой в уязвимый живот, прорычал:
— В прошлый раз тебе явно не хватило. Но сейчас, надеюсь, ты уяснил, что не стоит трогать меня и моих близких.
Меня абсолютно не волновало его состояние. Меня волновало лишь то, что я осознал в данный момент. Я бил его не из-за машины. Я хотел покалечить его из-за рыжеволосой девушки. Из-за Эвы Мун.
***
Смывая кровь со своих костяшек, я размышлял о том, какие сейчас глупые подростки. Взять того же Юнаса. Он ведь знал, что его найдут, но не остановился. Желание показать всего себя взяло верх, за что он получил свое. Неужели пяти минутное удовлетворение своих принципов стоит той боли, что он ощущает?
Я потерял весь контроль над своим телом, избивая Васкеса. Я бы мог остановиться раньше, но мне казалось, что ему все мало. Я насыщался его стонами и мое настроение повышалось. По телу разливалась приятная истома. Это слегка пугало меня.
Я посмотрел на себя в зеркало и тяжело вздохнул. Сегодня был очень хороший и плодотворный день. Я смог разобраться с Васкесом и больше он не будет соваться ко мне. Возможно, «Якузы» захотят отомстить, но в этом нет большой трагедии и проблемы.
В кармане завибрировал телефон и я потянулся за своим. Оказалось, что звонит телефон Эвы и я с замиранием сердца нажал «ответить на звонок». Наконец она позвонила.
— Здравствуйте, — ее голос был очень радостным, но встревоженным. — Вы нашли мой телефон? Боже, я так счастлива, что вы ответили. Я пыталась дозвониться до вас весь вечер.
Наверное я не слышал ее звонки. Почему она так волнуется?
— Привет. Да, я нашел его, красавица, — она громко ахнула в трубку.
— Крис? — я определенно шокировал Эву.
— Ты забыла свой телефон на подоконнике, когда убегала от меня, — она тихо прошептала «черт», но я услышал.
— Кристофер, эм, я бы хотела получить его обратно, — не знаю что так сильно волновало ее, но рядом со мной она становилась другой. И это не было влюбленностью, которой пылали ко мне другие девушки.
— Хм, обратно? А как же твое желание держаться от меня подальше? — все карты были у меня и я имел полное право немного подразнить Эву.
— Ради телефона я могу сделать исключение, — я слышал разочарование и немного злости. Она злилась на меня? Или на себя?
— А вдруг я не хочу отдавать его тебе? — могу поспорить, что я улыбался как придурок.
— Но это мой телефон! — вспылила Эва. — Пожалуйста, отдай мне его.
Я сделал вид, что задумался и замолчал на несколько секунд, вслушиваясь в ее рваное дыхание.
— Только ради тебя. Давай встретимся.
— Завтра в школе перед вторым уроком. Там, где я его забыла, — я собирался внести изменения в ее планы.