Средневековье. Полная история эпохи: читать начало книги онлайн

Плюс к тому юридическая самостоятельность молодого человека могла зависеть еще и от того, есть ли у него отец или он уже сам является главой семьи. Так, например, в средневековой Флоренции сирота становился дееспособным и независимым в 18 лет, а вот юноша, у которого жив отец, — только в 25 (а если раньше, то только с согласия родителя).

Воспитание и образование

Образование. А было ли оно в Средние века? По традиции принято считать, что не было. Или было, но мало, только в монастырях, да и то лишь религиозное. Наследие античности благополучно забыли до эпохи Возрождения, науки не развивали, а если кто и пытался, ему была дорога, как Джордано Бруно на костер, или в лучшем случае можно было отделаться церковным покаянием, как Галилею. Читать никто, кроме монахов, не умел, Ричард Львиное Сердце не говорил по-английски, Карл Великий не умел писать, что уж говорить о простых рыцарях. Действительно, зачем рыцарю образование? Мечом махать и так можно. Королевские чиновники и те подписывались крестиком. Об остальном народе можно даже не упоминать…

Амори де Бене читает лекцию в Парижском университете. Миниатюра начала XIV в.

Эту «прекрасную» картину, щедро нарисованную темными красками, портят лишь всякие досадные мелочи вроде упомянутых выше огромных судебных архивов, написанных отнюдь не крестиками, или бухгалтерских книг, которые были у любого купца, в любом монастыре и даже у любого ремесленника. А также — тысячи сохранившихся средневековых рукописей, плюс данные о том, что это лишь малая толика от реально существовавшего количества, ведь в каждом монастыре ежегодно переписывались сотни книг, а с XIII века копирование рукописей вообще было поставлено на поток. Не говоря уж о том, что и бумага, и книга как таковая в принципе были изобретены в Средние века.

Рождение книги

Много сотен лет человечество писало на свитках и табличках, использовало пергамент, папирус, глину, воск. Но вот, наконец, людей стало так много, и среди них появилось немало грамотных, поэтому потребность в большом количестве книг привела, можно сказать, к революции. Появилась бумажная книга, составленная из отдельных листов.

Винсент де Бове за работой в своей мастерской. Миниатюра XV в.

В чем ее особенность? Ну, во-первых, в том, что листов может быть много, это уже не свиток, место в котором сильно ограничено. Теперь стало возможным сложить из листочков тома такой толщины, которая нужна заказчику. А во-вторых, по отдельным страницам книгу проще копировать. Можно разобрать ее на листочки, отдать каждый отдельному переписчику, и наутро у вас будет уже две книги. В крупных университетских городах, например в Париже или Болонье, так и делали — студентам постоянно требовалась учебная литература. Поэтому при университетах были библиотеки, где книги давались напрокат, и сотни переписчиков работали буквально день и ночь, выполняя заказы по копированию юридических, богословских, медицинских и прочих научных трудов. До наших дней в одной только Болонье сохранилось больше тысячи таких скопированных «поточным способом» рукописей.

Но и этого было мало. Все равно получалось медленно и дорого. Так что в середине XV века произошла еще одна революция — было изобретено книгопечатание. С тех пор станки работали без устали, удовлетворяя потребности «темных» средневековых людей в литературе.

Что читали в средневековье?

Робер Фоссье в своем труде «Люди Средневековья», подробно разбирая многообразие жанров средневековой литературы, пишет, что прежде всего обществом были востребованы трактаты и благочестивые труды, наполовину обязанные греческой или арабской философии и наполовину христианству, а также всевозможные исторические или околоисторические труды — хроники, анналы, биографии, иногда описывающие события со времен сотворения человека.

Большой популярностью у всех слоев населения пользовались историческо-романтические произведения — воинские эпопеи, скандинавские саги, германские песни о «Нибелунгах», каролингские «циклы», а также античные мифологические истории о древнегреческих и римских героях, от Ахилла и Геракла до Цезаря и Александра Македонского. Популярнейшим жанром была поэзия — как лирическая, так и сатирическая.

Facta et dicta memorabilia. 1479 г. Брюгге

Еще одну большую группу составляет всевозможная прикладная литература — книги о географии, описания городов и местностей, технические и военные руководства, а также словари и энциклопедии вроде «Этимологии» Исидора Севильского в VI веке и многочисленных «Зерцал» XIII века.

И, наконец, Средневековье можно считать временем рождения такого жанра как роман — художественное произведение, где есть типовые персонажи и мирской реалистичный сюжет. То есть не героический эпос о выдающихся людях, не христианское сказание о мучениках и прочих святых, а просто занимательная история о достаточно обыкновенных людях. «Первые „песни“ на латыни или местном наречии, возвестившие о его приходе, принадлежат XI веку и часто составлены в стихах; между 1170 и 1230-ми годами множатся фаблио и „новеллы“, отражая приобщение масс к культуре; с середины XIII века по XV век происходит расцвет — от англичанина Чосера до итальянца Боккаччо через авторов „Романа о Лисе“, Рютбефа или через „Окассена и Николетт“…»

Саймон, аббат Сент-Олбанс, основатель монастырской библиотеки

Карл Великий

Об отношениях между королями и образованием можно понять уже по приведенному выше отрывку из книги Мортимера. Но раз уж я упомянула о Ричарде Львиное Сердце и Карле Великом, стоит добавить несколько слов о них, чтобы не возводить клевету на таких выдающихся исторических личностей.

«Был он красноречив и с такой легкостью выражал свои мысли, что мог сойти за ритора, — писал о Карле Великом его биограф, франкский ученый, деятель „Каролингского возрождения“, историк и настоятель монастыря Эйнхард. — Не ограничиваясь родной речью, Карл много трудился над иностранными языками и, между прочим, овладел латынью настолько, что мог изъясняться на ней, как на родном языке; по-гречески более понимал, нежели говорил. Прилежно занимаясь различными науками, он высоко ценил учёных, выказывая им большое уважение. Он сам обучался грамматике, риторике, диалектике и в особенности астрономии, благодаря чему мог искусно вычислять церковные праздники и наблюдать за движением звезд. Пытался он также писать и с этой целью постоянно держал под подушкой дощечки для письма, дабы в свободное время приучать руку выводить буквы, но труд его, слишком поздно начатый, имел мало успеха».

Монета Карла Великого с его портретом в римской тоге

Так что увы, писать Карл Великий действительно не умел. То ли и правда поздно начал учиться, то ли просто страдал дисграфией[2]. Но неумение писать не мешало ему говорить и читать на нескольких языках, увлекаться астрономией, собирать народные песни, устроить по стране начальные школы при церквах и организовать при дворе Палатинскую академию — прообраз высшего учебного заведения — для своих детей, а также придворных и их сыновей.

Ричард Львиное Сердце

Насчет Ричарда тоже все правда. Он не владел английским. В основном потому что в то время им никто из знати толком не владел. Вся аристократическая верхушка Англии происходила от нормандских завоевателей, пришедших на туманный Альбион всего сто лет назад, поэтому говорила на французском (точнее, на нормандском диалекте старофранцузского языка). А английский язык как таковой еще только начинал формироваться на основе староанглийского, на котором говорило простонародье, и того же нормандского.

[2] Стойкая неспособность овладеть навыками письма, несмотря на достаточный уровень интеллектуального и речевого развития и отсутствие грубых нарушений зрения и слуха.