– Что значит, атака?
– Значит, Зараженные, Дженни.
Женщина побледнела, но ничего не сказала.
– Слушай меня.
Сара взяла Дженни за руки и заставила посмотреть в глаза.
– У нас мало времени. Сколько?
Дженни тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями.
– Пятнадцать.
– Дети?
– Всего пара. Один мальчик с пневмонией, другой со сломанным запястьем, только что вправили. Одна женщина рожать собирается, но все еще только начинается.
– Где Ханна?
Ханной звали дочь Дженни, девочку тринадцати лет; ее сын вырос и уехал. Дженни и ее муж уже давно разошлись.
– Наверное, дома.
– Беги за ней. Пока не вернешься, я тут всем займусь.
– Боже, Сара.
– Давай быстрее.
Дженни пулей выбежала из здания. Пим, прижимая к груди Тео, стояла рядом, с девочками. Сара присела перед ними.
– Идите с тетей Пим, хорошо?
Элли выглядела испуганной и потерянной, у нее из носа текли сопли. Сара вытерла ей нос низом своей рубашки.
– И куда мы пойдем? – мрачно спросила девочка.
Мимо спешно шли люди – медсестры, врачи, санитары с носилками. Сара глянула на Пим, а потом снова посмотрела на внучку.
– Вниз, в подвал, – ответила она. – Там вы будете в безопасности.
– Я хочу домой.
– Это ненадолго.
Она обняла Элли, а потом ее сестру, и Пим повела девочек к лестнице. Когда они спустились, Сара повернулась к мужу. У него было знакомое выражение лица. Такое же, как после той ночи, когда убили Билла и он показал ей записку.
– Все нормально, – сказала она.
– Ты уверена?
– У меня здесь дела есть. Иди, пока я не передумала.
Других слов не требовалось. Холлис поцеловал ее и решительно вышел за дверь.
Они съехали с Шоссе 10. Дальше прямо до города, на юг по гравийной дороге. Машину нещадно трясло на рытвинах. В открытые окна дул ветер. Солнце, справа от них, ярко светило над самым горизонтом.