Сказки с крыш: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А смелый кошачий ангел расправил смятые крылья — и не смог удержаться. Он медленно-медленно падал вниз, как листок из чьей-то тетради. Внизу его ждал темный двор со злыми собаками, грязными лужами и твердым асфальтом.

Феечка не выдержала.

— Стооооооой! — закричала она и — хоп — наколдовала волшебную веревку, которая тут же обвилась вокруг падающего ангела. Феечка чуть не упала, но сразу два принца подбежали к ней и ухватились за петли. Вместе они начали тянуть ангела вверх — раз-два, раз-два! Вы не знали, что ангелы — даже самые маленькие — ужасно тяжелые, если их кто-то обидел?

Полосатые крылья уже показались у бортика крыши, как вдруг веревка начала таять — феечкино волшебство было совсем слабеньким и надолго его не хватило.

Принцы так и сели. Феечка светлой мансарды рванулась вперед и успела ухватить ангела за ногу. Она держала его крепко-крепко — чтобы отважный спаситель Мамы не упал в страшный двор, и с ним не случилось никакого несчастья. Она держала, держала, держала — и никак не могла понять, почему никто из принцев снова не спешит к ним на помощь.

— Эй, спускайся! Я тебе не игрушка! — закричал вдруг кошачий ангел и громко чихнул. Феечка глянула вниз и ахнула — она поднялась высоко-высоко над крышей так, что домик казался крохотным, как игрушка. Беспомощные бедные крылышки снова удерживали её в воздухе. От удивления феечка чуть не упала, но выровняла полет и кое-как спустилась на крышу вместе с взъерошенным и сердитым ангелом. Спасенный махнул на всех крыльями, чихнул ещё раз и сбежал, пробурчав «спасибо». Кошачьих ангелов никто не учил хорошим манерам.

Феечкины друзья были в полном восторге. Они носили нашу феечку на руках, надарили ей кучу подарков, один принц посвятил ей балладу, другой сонет, феечка водосточной трубы тут же наколдовала чудное платьице. Если честно, никто не думал, что история с больными крылышками так хорошо кончится, поэтому чудо оказалось особенно кстати. Были праздники, фейерверки, танцующие фонтаны и приглашенный хор соловьев. И конечно же много-много мороженого с цукатами!

Феечка ещё долго училась летать заново и лечила поломанное волшебство.

Серебряные ниточки из волос она убирать не стала и гордо носила их, как награду.

Во всем остальном она снова стала такой же миленькой, славной, веселой и беззаботной феечкой. Кошка Мама прожила долгую и счастливую кошачью жизнь и вырастила много-много своих и чужих котят. Ангел с полосатыми крыльями иногда появлялся на крыше, но его манеры ни на чуточку не улучшились. А история феечки светлой мансарды, которая однажды разучилась летать, стала сказкой.

…Ничего не теряет тот, кому нечего больше терять…

ДВАДЦАТАЯ СКАЗКА

Феечка третьего этажа была самой обыкновенной феечкой, в розовом платье, с блестящими крылышками, локонами, бантами и неистребимым отвращением ко всему неизящному или неаккуратному. Она любила танцевать на балах, кушать сливочное мороженое, вышивать звездочкой и смотреть, как распускаются яблони. Свою работу — протирать оконные стекла, подновлять краску и специальной метлой выгонять из форточек дурные мысли — она выполняла без нареканий, но и без лишнего энтузиазма.

С феечкой пятого этажа дружила против феечки восемнадцатого. А ещё у неё была своя тайна. Когда, завершив дневные труды, наша феечка забиралась под балдахин, просила светлячков выключиться и закрывала глаза — ей снилось, что она девочка. Самая обыкновенная девочка десяти лет.

У девочки были хорошие оценки по математике и английскому языку, она терпеть не могла физкультуру и грубого соседа по парте, который вечно писал всякие пакости в её тетрадях. Мама и папа девочки работали с утра до вечера на очень важных работах, из школы её забирала смешная толстая няня из южной страны. Няня была влюблена в дворника из второго подъезда, вязала ему носки и таскала термосы с чаем.

Девочка видела, но никому ничего не говорила — она тоже была влюблена в Гарри Поттера и немножко в мальчика-скрипача из седьмого класса. После школы она ела невкусный суп и вкусные булочки, делала уроки, смотрела «Дискавери», рисовала в блокноте и иногда плакала. А когда няня пробормотав что-то на своем языке, выключала свет в детской, девочка засыпала. И ей снилось, будто она лиса. Точнее годовалый пушистый лис с длинным хвостом и обкусанным ухом.

Ухо лису попортили, когда он был ещё щенком — к их норе с дачи выбрел голодный и злющий пес. Он загрыз двух лисят и примерился к третьему, когда взрослые прибежали на шум. Папа с мамой прогнали врага, но папа с той поры стал хромать и худеть, а потом куда-то исчез. Мама тоже пропала — почуяв, что сын взрослеет, она убралась в непролазную глубь. А лис остался. Ему нравилось изучать, как живут люди, пробовать на зуб пестрые картонки и банки с острыми краями, грызть куриные кости, нюхать старые книги и старинную ветхую мебель. Зимой на дачах не оставалось народу, жизнь кипела только у самой станции. А в один дом можно было проникнуть, разрыв снег до кошачьего лаза, не закрытого беспечными хозяевами. В пыльной комнате у потухшего очага там дремало кресло-качалка, накрытое мягкой овечьей шкурой. Лис прыгал в него, сворачивался клубком и засыпал. Ему снилось, что он стал принцем.

У принца, как полагается принцам, был бархатный костюмчик, маленькая, но совсем настоящая шпага, золотая корона и телескоп. Когда все мальчики-принцы заказывали на Новый год лошадей, доспехи и футбольные мячи, он написал «хочу смотреть на звезды», зарыл письмо в сугроб — и его желание исполнилось. Ночами принц сидел на самой высокой крышной трубе и не отрывался от прохладного стеклышка. Ему было интересно все — как и почему падают звезды, сколько ангелов умещается на острие лунного луча, куда девается свет фонарей и в кого превращаются растаявшие снежинки.

Другие принцы подшучивали, что он просто трусишка и стесняется пригласить на танец какую-нибудь феечку, но наш принц был храбрым и не боялся даже крысиного короля.

Просто очень любил смотреть вверх. И из-за этого ложился спать только когда рассвет прогонял с небосклона последнюю шуструю звездочку. Он заворачивался в зеленый бабушкин плед, пахнущий лавандой и чуть-чуть табаком, и засыпал на своем узком диванчике. Ему снилось, что он превратился в старуху.

Ворчливая, сухонькая уборщица день-деньской мыла лестницы, оттирала неприличные надписи с лифтов, читала нотации неаккуратным детям и хозяевам невоспитанных собачонок. Для хороших детей в огромных карманах её безразмерной кофты прятались липкие карамельки «лимончики». Школьники знали — выпросишь у баб-Нади такую конфетку и можно не бояться контрольных. Собаки — даже суровые двортерьеры размером с немаленького теленка — опасались её метлы и визгливой брани.

А вот кошки всех мастей и пород ходили за старухой хвостом — и дело было не только в подобранных или выпрошенных объедках. Они симпатизировали уборщице, терлись о её ноги, грели колени, когда та садилась передохнуть на подоконник, приносили пойманных мышек и даже крыс, страшно обижаясь, что добыча отправляется на помойку.

Старуха ворчала, но не сердилась. Больше всего на свете она любила вечерний чай — когда все дневные дела заканчивались, подъезд затихал, лифт переставал шастать туда-назад, и можно было удобно устроиться на табуретке у маленького стола, налить горячий чай в блюдечко и медленно, с присвистом втягивать его в рот сквозь тающий кусочек сахара. А потом лечь спать на старинную пуховую перину. И увидеть себя во сне — вечно юным чудесным созданием с легкими крылышками и белокурыми локонами.

Однажды воробьишки напели принцу, что вот-вот случится солнечное затмение — страшный царь-ворон проглотит солнце, подержит в клюве, а потом выплюнет — храброе солнце обожжет вору язык. Принц обрадовался — о таких чудесах было написано в книжках. Он приготовился, закоптил на свече стекло, чтобы смотреть на солнце, настроил и проверил свой телескоп. Ведь когда стемнеет, удастся посмотреть на звезды днем. На рассвете хотелось спать, но принц держался — вдруг солнце спрячется, когда он закроет глаза. Но ничего не произошло — наверное воробьишки ошиблись. День закончился, в свой черед солнце просто спряталось за крыши, стало темно. Расстроенный принц залез на трубу, уткнулся в свой телескоп и забыл обо всем на свете.

А на крыше тем временем начался полный переполох. Сон лиса прибежал к домику принца, просочился сквозь форточку и не нашел принца в постели. За принцем прискакал на одной ножке сон девочки, за девочкой прилетел сон феечки, а за феечкой, кряхтя, явился сон уборщицы. Припозднившиеся феечки пришли в ужас — они никогда не видели человеческих снов так близко и совершенно не хотели на них смотреть. Крысы и вороны помнили живого лиса, который однажды оказался на крыше, и общество лисьего сна их тоже не радовало. Гном-сапожник прослезился, глядя на девочку — давным-давно такая же малышка с косичками сшила игрушку из обрезков маминого платья и уколола палец, пришивая пуговку с левой стороны груди.

Тем временем сон старухи, свирепо ворча, начал подметать крышу настоящей, откуда-то взявшейся метлой. Девочка заговорила с другим принцем — тем, который любил мастерить кораблики. Ушлый лис утащил из шкафа у принца хороший кусок сыра и с урчанием поедал его, огрызаясь на крыс и ворон. Сон феечки махал крылышками и плакал, но почему-то не мог подняться. Феечка флюгера подбежала, чтобы помочь — и упала в обморок. Она никогда в жизни не видела феечек с лисьим хвостом.

Надвигалась всамделишная катастрофа. И неизвестно, чем бы все закончилось, если б один сообразительный черный котенок не припустился со всех лап к Хозяйке Лавки ненужных вещей.

Завернувшись в пушистую шаль, придерживая на плече большущую сумку, полную самых таинственных штук и штучек, Хозяйка тут же явилась к месту безобразия.

Первым делом она достала из какого-то маленького кармашка большое яблоко. Две крысы взяли его за хвостик и потащили наверх, на трубу. Рассеянный принц нашарил яблоко, подсунутое под руку, куснул его — и тотчас заснул. Он бы мог кувыркнуться с трубы, но две феечки подхватили его и аккуратно спустили вниз.

Сны не пропали.