— Это был ты, — тихо говорю ему. — Ты вернул меня. Ты дал мне реальность. Ты привязал меня, вдохновил, любил. Я думала, ты сломаешь меня, но это только потому, что я не понимала. Всё это время ты пытался мне помочь.
Деэр притягивает меня к себе и нежно целует.
— Я люблю тебя, Калла.
— Знаю. — И я действительно знаю. Впервые за многие месяцы. Я вижу это. И я этому верю.
Я забираюсь на мотоцикл позади Деэра, прижимаясь щекой к его спине.
Под моими ладонями бьётся его сердце, трепещущее, сильное и живое.
Я тоже должна жить.
У меня есть причина, и эта причина — тёплая, живая и она сидит прямо передо мной.
Мы поднимаемся в гору, и солнце согревает мне спину.
44
QUADRAGINTA QUATTUOR
Я сижу с дневником брата на коленях, свернувшись калачиком на его кровати. Именно здесь я чувствую его сильнее всего — здесь, среди его вещей. Это приносит мне утешение.
Я раскрываю потрёпанную книгу и перелистываю страницы, пока не нахожу то, что ищу… несколько последних записей. У меня кровь стынет в жилах, когда я смотрю на слова… сумасшедший, безумный бред заполняет страницы.
Почерк мой.
— Я думала, что я — это он, — бормочу. — Но вот тут в самом конце его дневник стал моим.
Деэр сидит рядом со мной, с трепетом относясь к пространству брата. Он знает, для меня оно священно, особенно сейчас.
— Человеческий организм — удивительная штука, — произносит он вместо объяснения. — Разум знает, как оградить себя от слишком сильной боли.
Я провожу пальцем по неровным краям карты Таро, держа её в руке.
— Интересно, что она означает? — шепчу я. — Не знала, что Финн умел читать карты.
Деэр молчит, потому что, естественно, мы никогда не узнаем ответа.
Дневник выскальзывает из моих рук, и я наблюдаю, как раскрываются страницы во время падения.
Упав, переплёт закрывается… метафора жизни Финна.
История окончена.
Я сглатываю.
— Ему нравились хорошие метафоры, — говорю я вслух.
— Что это значит? — Деэр наклоняется ближе.
Я качаю головой.
— Ничего.
— Давай прогуляемся по пляжу, — предлагает Деэр с лёгкой улыбкой. — Нам нужно подышать свежим воздухом.
Мы спускаемся по тропинкам, и я съёживаюсь, когда мы проходим мимо часовни, поскольку теперь я помню похороны. Я съёживаюсь, когда мы проходим мимо дровяного сарая, потому что помню, как Финн рубил дрова. И я съёживаюсь, когда мы проходим мимо пирса, потому что мы с Финном так часто выходили на лодке.