Её глаза расширяются. – То есть у тебя есть поклонники?
- Ну, конечно. Несколько. – У меня их миллион. Но только мудак скажет так. И я не хочу, чтобы она сидела напротив меня за этим столом и читала статью обо мне в Википедии. До прошлой зимы я бы ничего не имел против. До инцидента мне нравилось внимание фанаток.
Больше нет.
- Хорошо, - медленно говорит Бринн, бросая телефон в сумочку. – Тогда ты тоже не будешь меня искать. Договорились?
- Это справедливо, - согласился я. – Только я теперь отчаянно хочу узнать то, что ты желаешь скрыть.
Она улыбается. – Селфи камера на телефоне Эш меня ненавидит. Каждый снимок похож на это. – Она хватает своё лицо и сжимает, искажая свои щёки. – Я похозя на Хоббита, - объясняет она путём сморщивания лица, а затем мы оба смеёмся.
- Я думаю, что ты красивая. Очевидно.
Её глаза округляются. – На самом деле?
- На самом деле.
Она прищуривается. – Я не уверена, что поверю в этом парню, который работает на телевидение.
- Это не Холостяк, Бринн. Я занимаюсь ремонтом.
- С инструментами? – Она выглядит слегка мечтательной.
- Даа. – Есть ли другой способ отремонтировать вещи? – Иногда я просто использую свои руки. Разбить всё на части. Соединить их снова.
- О, вау.
Мы говорили обо мне несколько минут, это как минимум невежливо. – Чем ты занимаешься? – спрашиваю я.
Бринн бледнеет.
14. Чемпион По Армрестлингу
Бринн
Слова, как бы повисли в воздухе над столом. Чем ты занимаешься?
Я пробую несколько вариантов ответа в своей голове. Я безработная – самый точный. Но такой несексуальный. Я пожарный. Забавно, но абсолютная ложь. Я даже не знаю, откуда у меня появилась такая идея. Спасибо, подсознание.
Когда Том был садовником Брахта, это было намного менее запутано.
- Ну… это сложно объяснить.
Том улыбается мне, и его взгляд скользит вниз, и я понимаю, что этот человек, этот Бог, эта телевизионная личность пялится на меня. Верно. Он пялится на меня. Вообще-то, он пялится на моих девочек, но я не возражаю. Я не та женщина, на которую в течение долгого времени будут глазеть, и это приятно. Я вроде как слегка расслабляюсь.
- Насколько сложно? – спрашивает он, на этот раз его взгляд не отпускает мой.
- Ну, в данный момент я не работаю в своей профессиональной области.
- А какая твоя профессиональная область?
- Английская литература и письмо. Я преподавала в частном колледже. У меня докторская степень по английскому. Но я только что уволилась с работы. – Я говорю, что уволилась, потому что это звучит лучше, чем уволена.
Том на пару дюймов откидывается на своём стуле. – Ты профессор? – Он облизывает свои губы.
Чёрт возьми. Я хочу облизать его губы. Я хочу, чтобы он облизал мои. Оба эти варианта были бы предпочтительней!
Великолепно. Теперь я возбуждена.
- Я была бы профессором, если бы у меня была работа, - отвечаю, откашлявшись. – Не у всех нас есть роскошная работа на телевидении. Прости. Я не слишком интересная. Или высокая.