Сначала я услышала хрип, потом увидела ее лежащей на полу. Оле с изуродованным лицом старалась сделать вдох, закричать, но выходил только хрип. Над девушкой склонился Кишинт, с его пальцев стекали капли магии и почти тут же рассеивались, не принося никому ни вреда, ни пользы.
– Киш, – позвал чернокнижник.
– Вит, – без особого удивления обернулся маг.
И я заметила, насколько он бледен, будто не выбрался из мира мертвых, а остался там.
– У меня ничего не получается, – напряженно сказал Киш, снова поворачиваясь к девушке. Та шумно дышала и пыталась приподняться, но мужчина рукой удерживал ее на месте. – Я не целитель, моя магия здесь бесполезна.
– Бить-то вы, маги, мастера, а вот лечить… – проговорил Грес и отхлебнул из кружки.
– То же самое можно сказать и про солдат, – тихо ответил за моей спиной Михей. – Они тоже бить горазды, а не раны перевязывать.
Мечник подавился пивом, закашлялся, хотел что-то ответить, но встретился взглядом с Рэйвеном и затих, опустив голову.
– За целителем послали? – Вит встал по другую сторону от девушки.
– Сразу. Кули с Эришем убежали, так до сих пор и не вернулись. – Капрал убрал меч.
– Гиблое место этот ваш Велиж, – сплюнул на пол Орир. – Как есть гиблое. И солнце словно прилипло к земле…
Значит, не только я заметила.
– Помолчите, – рявкнул Кишинт и снова коснулся девушки магией.
Девичья кожа вздулась волдырями, обезобразила щеку до неузнаваемости, словно в лицо плеснули кипятком. Ей и плеснули. Тот самый Киш, что сейчас так старался помочь. Притвора сказала правду, мир мертвых отсрочил боль. А теперь вернул, как Риону. Вернул сторицей. Я даже представить не могла, на что было похоже возвращение Оле в мир людей.
Свет, что держал над их головами незнакомый полноватый мужчина, задрожал.
– Я знаю, что тебе надо идти, – глухо проговорил Киш и посмотрел на хозяина пивной. Тот вздохнул, облизал губы, придержал одной рукой покачивающуюся лампу. – Знаю, что должен быть рядом с тобой. Но не могу уйти и бросить ее. Это сделал я, из лучших побуждений, но… – Маг скривился. – Не могу, даже если жить нам осталось всего несколько минут.
– Ты мне ничего не должен, Киш.
– Мне лучше знать о своих долгах… Рэг, мне хотя бы каплю силы целителя…
– Давно вы здесь? – спросила я у Греса.
– Пару часов. Считать-то умеешь, ручная зверушка? – спросил солдат, посмотрел в мутное слюдяное окно и заговорил уже без злости: – Сейчас и не поймешь, минута прошла али час. – Он выпил пива и, судя по пустым кружкам, выпил его уже немало, хотя глаза мужчины оставались трезвыми, злыми и испуганными. – Мы рядом вывалились из того белесого мира покойников. Другая девка сразу сбегла, а эта, – кивок на Оле, – в крике зашлась.
«Конечно сбегла, – подумала я, – раз объявилась через пяток улиц совсем в другом обличье, а ведь она была целителем, могла бы попытаться помочь…» – Я выпрямилась.
– Проводницу видели? – спросил Вит.
– Видели, – ответил Рэйвен, – ходит вокруг, принюхивается, ищет что-то. Или кого-то. В последний раз в лавку, что на той стороне улицы, юркнула, хотя вроде заперто там…
– Сила целителя и в самом деле поможет? – шепотом спросила у Кишинта. – Даже если она будет действовать отдельно от этого самого целителя?
– Должна, – напряженно ответил Киш, так как в этот момент девушка снова зашлась хрипом – один из волдырей на лице лопнул. – Пусть я и не умею с ней обращаться. Но эта сила сама по себе заживляет. Тут все просто, сам целитель истратил бы щепотку, послав силу в нужное место. Я же должен буду ухнуть ведро, надеясь на авось, надеясь, что случайно зацеплю нужное место… хотя, – он махнул рукой, – бесполезный разговор. Идите, время уходит.
– Время стоит, – сказал вдруг очутившийся за спиной Вит.
– Я могу отдать вам силу целителя, правда, ее немного, но…
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – прервал меня Кишинт. – Просто так забирать и отдавать силу могут только… – тут он повернулся и посмотрел… Не на меня, на стоящего за моей спиной чернокнижника. – Ты же не хочешь сказать, что она… – Киш перевел взгляд на мое лицо, – зеркальный маг?
– Хочу, – ответил Вит и положил руки мне на плечи.
Я вздрогнула, едва подавила желание отшатнуться. Тот, кто перерезал мне горло, сейчас стоял за спиной и касался плеч. А нож в его руке мог появиться очень быстро.