Это было, как глоток свежего воздуха, видеть, как большой и крутой альфа-самец признаёт, что он чего-то боится. И мило. И заставило ощутить себя самым худшим человеком на свете.
Арх! Ей пришлось заставить себя посмотреть в его глаза.
— В чём дело? — он провёл руками по её бедрам.
— Ничего.
— Тебе страшно? — спросил вампир.
Алекс кивнула:
— Да, всё происходит слишком быстро, — это вообще не должно было происходить. Всё было притворством. Она была на работе. Это ничего не значит.
— Тебе нечего бояться, Александра, — Лазарь наклонился вперёд. Красивая улыбка украсила его мягкие губы. — Я всегда буду честен с тобой. Я никогда намерено не причиню тебе боль.
Всё это было притворством.
Просто работа.
Ничего.
Вот дерьмо! Она была в такой большой беде. Вся его манера поведения стала серьёзной.
— Думаю, мы только что пережили особый момент.
Она кивнула и тяжело сглотнула:
— Кажется, так и есть, — всё верно. Она была в таком глубоком дерьме, что стало страшно.
— Теперь твоя очередь поцеловать меня, но какого чёрта? — он сократил небольшое расстояние между ними и нежно коснулся губами её губ. Поцелуй был таким сладким. Очень нежным. Его можно даже было назвать чувственным. И это также заставило её сердце биться быстрее. Это заставило её хотеть большего.
Лазарь слегка отстранился. На этот раз Алекс поцеловала Лазаря. Её поцелуй был не таким мягким и нежным. Она впилась в его губы. Укусила их. Пососала и поимела их.
Она почувствовала, как вампир улыбнулся. Где-то глубоко внутри него раздался смешок:
— Александра, — пробормотал он её имя у её губ. — Такая требовательная.
Он поднял её, когда встал.
— Мне нравятся требовательные, — прильнул губами к её губам, а она обхватила его ногами. Потом вампир отстранил её от себя и опустил на диван.
Его рот снова оказался на её. Лазарь обхватил одну из её грудей через майку. Его грудь завибрировала от низкого стона. Вампир сжал её сосок, и теперь настала её очередь слегка застонать. Слишком много. Он сжимал и щипал, сжимал и щипал. Он мог творить магию своими руками. Абсолютную магию. Она заскулила и попыталась беззастенчиво потереться об него. Его другая рука удерживала её на месте, что затрудняло создание какого-либо реального трения. Она издала звук разочарования.
Лазарь, наконец, провёл рукой вниз по её животу и обхватил холмик через джинсы:
— Всё нормально?
— Не совсем, — застонала она, отталкивая его руку, чтобы расстегнуть штаны. — Мои джинсы абсолютно мешают.
Его глаза были прикрыты, и она наблюдала за движением его адамова яблока. Он не сводил с неё взгляда, когда наклонился обратно, чтобы поцеловать. На этот раз, когда его рука опустилась вниз, то коснулась её складочек.
— Без нижнего белья, — простонал он. — Это так чертовски сексуально.
— Это просто лень, — в её голосе слышался смех. Переполненный желанием и тоской. — Сегодня утром я опаздывала.
— Почему меня это не удивляет? — Лазарь ущипнул её за горло и обвёл пальцем клитор. — Я хочу прикоснуться к тебе ртом. — Его палец опустился к её влагалищу, а затем вернулся к набухшему клитору. Покрытый её соками, он легко скользил по её чувствительной плоти.
Алекс ничего не могла произнести. Было слишком хорошо. Она не могла думать. Её кожа была слишком натянута, глаза отяжелели. Она также не могла отдышаться.