Отрок. Внук сотника: Внук сотника. Бешеный лис. Покоренная сила: читать начало книги онлайн

– У нас же Лука Говорун луки мастерит, должен у него лак быть, как же без лака?

К списку товаров, предназначенных для реализации в Турове, прибавилась партия точеных подсвечников. Попробовал Мишка вытачивать и посуду – вспомнил однажды, как красиво выглядят разные миски и прочие емкости с хохломской росписью. Самое же главное, он знал секрет хохломской росписи по дереву – сначала сосуд окрашивался серебрянкой, потом наносился черно-красный рисунок, а уже потом все покрывалось лаком. Из-под слоя лака серебрянка просвечивала, как золото, что и придавало росписи особую нарядность.

Но, увы, алюминиевой пудры ЗДЕСЬ, по понятным причинам, не сыскать днем с огнем, а чем ее можно заменить, Мишка не знал. Краски нескольких других цветов получались довольно яркими из смеси лака и порошков, предназначенных для окраски тканей. А серебрянка… Мишка решил отложить этот вопрос до поездки в Туров, тем более, что выдержанной древесины для изготовления расписной посуды в массовом масштабе все равно не было. Проект «Хохлома» пришлось отложить на длительный срок.

И вот тут-то Мишка вспомнил о матрешках! Их-то можно и без серебрянки расписывать, как захочешь! И диаметр исходной заготовки нужен гораздо меньший, чем для посуды, и к породе дерева можно относиться не так строго. Работа, правда оказалась непростой, размеры надо было выдерживать очень точно, Мишка даже хотел плюнуть на свою задумку, но потом дело пошло. Достаточно было изготовить один комплект матрешек, как появилась возможность точить их по шаблону. Дядьку Лавра этот технический прием привел просто в восторг, он даже и не подозревал о возможности изготовления деталей одного и того же размера без долгой и тщательной подгонки.

Вспомнив о шестерых внучатах Нинеи, Мишка вырезал шесть вкладывающихся друг в друга деревянных куколок, а у самой маленькой донышко сделал сферическим и залил внутрь свинец – получился Ванька-Встанька. Когда краска и лак на матрешках высохли, Мишка вложил их одна в другую и вечером торжественно выставил на стол перед дедом.

– Михайла, ты чего это идолов языческих делать надумал? Да и не бывает таких!

– Это игрушка, деда, но не простая, а с секретом.

Мишка раскрыл первую матрешку, вытащил из нее вторую, потом раскрыл и ее… и так пять раз. По мере «размножения» куколок брови у деда задирались все выше и выше, когда же на свет появилась самая маленькая, нахально поднимавшаяся, сколько ее не опрокидывай, к задранным в изумлении бровям добавилась еще и отвисшая челюсть.

– Колдовство?

– Да какое колдовство, деда? Просто низ у нее тяжелый от свинца, а верх легкий, вот и все.

– Ну, Михайла, удивил! Вы только гляньте, что измыслил!

Вся семья и так пялилась, разинув рты, а Елька уже приготовилась зареветь в предчувствии того, что ей эта красота не достанется.

– Еленька, не плачь, я это как раз для тебя и сделал! – успокоил сестренку Мишка.

«Господи, да чего только не сделаешь за такое счастье в глазах ребенка! Обязательно Нинеиным внучатам отвезу, а отцу Михаилу шахматы выточу, а то у него глиняные».

– Михайла, да ты что? Такую красоту да дитю на игрушки!

– Деда, их можно сделать много и быстро, хватило бы дерева выдержанного, ну и красок с лаком. Если материала хватит, то можно и второй станок наладить, я такую приспособу придумал, что их любой вырезать сможет.

– Кхе! Ну молодец, удивил! Это сколько же за такую вещь можно будет в Турове запросить?

– Не знаю, деда, попробовать нужно. А меня чем за выдумку наградишь?

– Кхе! А чего ты хочешь?

– Хочу пару десятков свечей, два подсвечника и одну такую матрешку, когда еще сделаем. И еще лошадь с санями на два дня – съезжу Нинею навестить.

Мать тут же встревожилась:

– Мишаня, не надо бы, колдунья она… И отец Михаил сердиться станет.

– Мама, я обещал. Она же мне жизнь спасла. А внучатам ее какая радость будет, они же там живой души не видят, кроме бабки.

– Все равно, не хорошо…

Деду начавшаяся дискуссия явно пришлась не по душе, он хлопнул по столу ладонью и решительно встал на сторону внука:

– Хватит! Раз обещал, должен выполнять! Муж он или не муж?

– Да какой он муж, батюшка, дите еще!

– Дите? А от волков вас кто спас? Кончай причитать, Анька, не доводи опять до греха. Забыла, как он у Нинеи оказался?

– Сам же поминать не велел!

– Вот и помолчи! Ничего с ним не случится, а старуха его действительно спасла, грех гостинец не отвезти! Так, Михайла, покажешь Кузьке, как этих Матрен делать, первую же распишешь, и, как высохнет, собирайся к Нинее. А ты, Анна, испекла бы ее детишкам чего-нибудь вкусного – с медом, с орехами, не ехать же ему с одними деревяшками!