– Донна мне все объяснила. У нее работает много девиц, а когда ей нужны новые, она просто производит набор…
– Прямо как в армии.
Но Черил было невозможно унять:
– Она находит их в Родео-Драйв, в Мельрозе, в клубах здоровья, в ресторанах, на вечеринках. Если верить Донне, кругом полно роскошных девушек, и все они любят деньги. Я имею в виду большие деньги. Одну девушку она подобрала в ювелирном магазине Пепе и на следующий день отправила ее частным рейсом в Париж с пятью тысячами долларов в сумочке. И это за день простой работы! Никто не откажется от пары лишних тысяч. И перед этими девочками открывается широкая дорога, например, та, из Пепе, вышла замуж за безумно богатого араба.
Черил и раньше совершала безумства, но это уже было слишком!
– Я рада, что ты нашла свое призвание, – холодно заметила Джорданна. – Но лично мне и в голову не придет этим заниматься.
– Дрейфишь!
– А ты? – не выдержала Джорданна. – Ты будешь продаваться, если цена окажется подходящей?
– Я тебя умоляю! – брезгливо скривилась Черил. – «Мадам» этим не занимается.
– Я так не думаю, – пробормотала Джорданна и, щелкнув пальцами, потребовала у симпатичного официанта счет.
Еще один безработный актер. Ее слабость. На секунду она задумалась, спал ли он с ней. Возможно, когда она принимала наркотики.
– Тебе бы понравилось, – продолжала улещивать ее Черил. – Подумай, ведь это нелегальный бизнес. Как здорово!
Джорданна покачала головой:
– Я никогда не видела тебя такой оживленной.
– Так смотри! – радостно отозвалась Черил. – Я стану еще круче, чем мой папаша!
Шарлин и Мак были сами не свои. Вот уже неделю они практически не разговаривали – с того самого дня, как, вернувшись домой после просмотра фильма Джордана Левитта, увидели у своих дверей полицию.
Шарлин винила в случившемся двух сыновей Мака. Мак был убежден, что во всем виновата шестнадцатилетняя дочь Шарлин. Кого бы из их отпрысков ни следовало притянуть к ответу, дела это не меняло: в их доме был произведен арест торговца наркотиками, и это просто убивало Шарлин:
– Мое имя попадет на страницы газет, – ныла она.
– Не в первый раз, – отвечал Мак, вспоминая, что газетчики называли Шарлин причиной его развода с Уиллой, дочерью знаменитого режиссера Уильяма Дэвидосс. Уилла стала его билетом в высшее общество: он начинал третьим ассистентом в одной из картин ее отца в Нью-Йорке, а закончил переездом в Калифорнию и женитьбой на Уилле. Через два года – не без помощи Уильяма – он выпустил свой первый фильм.
Когда они с Уиллой решили разъехаться, газеты оживились: кто-то уже протрепался им о его романе с Шарлин. Их имена месяцами не сходили с газетных страниц. Так шло до тех пор, пока он не развелся с Уиллой и не женился на Шарлин. Слава Богу, никто не докопался до его прошлого. Впрочем, узнать что-нибудь было непросто – он умел заметать следы. Успокоить Шарлин было трудно:
– Одно дело – тогда, другое – сейчас, – сурово заявляла она. – Мне нужно беречь свою репутацию.
Когда Шарлин заявляла что-нибудь подобное, это приводило его в замешательство. В конце концов, она – кинозвезда! У звезд всегда определенная репутация…
– Успокойся, – говорил он ей, пытаясь выяснить, что же все-таки произошло.
Кайл и Дэниел, его сыновья, словно воды в рот набрали. Сюзи, дочь Шарлин, была столь же откровенна. Все трое обходили молчанием вопрос, кто же все-таки пригласил в дом торговца наркотиками, богатого парня двадцати с чем-то лет.
– Это друг одного знакомого, – сознался, наконец, Кайл. – Но мы понятия не имели, что он приторговывает наркотиками.
Ну конечно. Они понятия не имели. Пока полицейский, выдавший себя за оболтуса, которого выгнали из старших классов, не арестовал этого типа в тот момент, когда он продал грамм кокаина подружке Сюзи, блондинке с ангельским личиком.
– Это ты виноват, – упрекнула Мака Шарлин.
– Почему всегда виноват я? – терпеливо поинтересовался он.
– Ты не занимаешься воспитанием своих мальчиков. Они делают, что им вздумается.
– Наркотик покупала подруга Сюзи, – напомнил он.