— Ая тут живу постоянно, — сообщил он. — В пентхаусе.
— Круто!
— Если захотите поездить по городу — всегда к вашим услугам. Меня зовут Фрэнки Медина. А вас?
— Мэдисон Кастелли.
— Красивое имя. Красивая девушка.
— Вам говорили, что вы похожи на Майкла Дугласа? — выпалила она.
— Разумеется. — Он широко улыбнулся, демонстрируя прекрасные зубы. — Только я не стремлюсь к фатальному увлечению.
Мэдисон рассмеялась. Гленн Клоуз в картине была блондинкой. Определенно надо поменять цвет волос!
— Если заскучаете — позвоните. — Фрэнки Медина протянул ей визитку, золотую с черными буквами.
— Что ж, вполне возможно, — бесстрашно заявила Мэдисон.
— Ты правда очень красивая, — сказал он. «Черт подери! Он точно ко мне клеится».
— Только что голову помыла, — сказала она. «Господи, что за глупости я несу?!»
Фрэнки расхохотался.
— И чем мыла? Волшебным шампунем, который прибавляет красоты?
«Роллинг стоун» — популярный американский журнал о современной музыкальной культуре.
Мэдисон прыснула.
— Позвони мне, — добавил он. — Прокачу тебя на своем «Порше».
«Н-да… Пентхаус… „Порше“…. Очень сексуально».
— А вы чем занимаетесь? — спросила она.
— Чем я занимаюсь? — Он расплылся. — Я плейбой, только и всего.
В этот момент из дамской комнаты вышла сногсшибательная блондинка — опять блондинка! — и по-хозяйски повисла у Фрэнки на руке.
— Пока, — бросила Мэдисон и поспешно удалилась.
За столиком происходило нечто, мало похожее на простую дружбу. Мэдисон готова была поклясться, что при ее появлении Майкл и эта Дэни Касл отпрянули друг от друга.
— Куда ты запропастилась? — спросил отец. — Я уже собирался поиски снаряжать.
— Угадай, — ответила дочь. — Я тоже случайно встретила одного старого знакомого.
— Да? — удивился Майкл.
— Да! — ответила Мэдисон и украдкой сунула карточку Фрэнки Медины в сумочку.
К великому неудовольствию Мэдисон, Дэни Касл весь ужин проторчала с ними. Ела омара, пила вино, болтала с Майклом. В результате чудесный ужин оказался безнадежно испорчен.
Расправившись с едой, Мэдисон засобиралась.
— Я что-то устала, — сказала она. — Не возражаете, если я пойду наверх?