— Снова женишься? — с легким сердцем спросила она.
— Если ты мне опять отказываешь, может, и женюсь.
— Хм-мм… Тогда в этот раз советую не забыть о брачном контракте, — поддразнила она.
— Да, дорогая.
Они улыбнулись друг другу. Как близкие друзья. И с годами их дружба только крепла.
Приезд Нандо обернулся для Дэни настоящим кошмаром. Как она и предполагала, он стал еще более неуправляемым и оказывал исключительно дурное влияние на Винсента. Его любимым занятием было шататься по злачным местам. А кроме того, она знала, что он покуривает травку — весь дом уже пропах.
— Винсент, Нандо употребляет наркотики? — напрямую спросила она у сына.
— Нет, мам.
— Но я же слышу запах!
— Да это у Нандо сигареты какие-то особые, — отмахнулся тот. — Ему их прописали… от горла.
— Что ты болтаешь?! — нахмурилась она. — За идиотку меня держишь?
— Нет, мам, правда, они лечебные.
— Только не в этом доме! Скажи Нандо, чтобы не курил — лечебные или какие другие.
— Перестань, мам. Если я ему скажу, он меня сочтет полным кретином.
— Так, может, мне ему сказать?
— Ни в коем случае, — нахмурился Винсент. — Я сам.
Нандо был помешан на «Роллинг стоунз». Он денно и нощно крутил их записи, причем на полную громкость. Дом сотрясали неистовые звуки рок-н-ролла, отчего у Дэни раскалывалась голова.
Чем они занимаются, пока она на работе, можно было только гадать. Увы, смотреть за ними круглые сутки она была не в состоянии.
Однажды, вернувшись домой, она застала дома девиц. Не одну и не двух, а целых пять, которые всей гурьбой сидели у нее на кухне, дымили, пили вино и наслаждались жизнью. Им всем было за двадцать, и все они подозрительно смахивали на проституток.
Дэни остановилась в дверях кухни, ощущая себя тюремной надсмотрщицей.
— Винсент, могу я с тобой поговорить? Он вышел, слегка пошатываясь.
— Да, мам?
— Ты пил?
— Н… нет, — икнул он. Парень был явно нетрезв. Дэни пришла в ярость.
— Что у вас тут происходит? — набросилась она на сына. — Кто эти девушки?
— Подружки Нандо, — с глупой ухмылочкой объяснил сын. — Я разрешил им побыть у нас.
— Очень зря.
— Я что же, и друзей не могу пригласить? — Он был настроен на ссору.
— Этого я не говорю.
— А что ты тогда говоришь?