Солнце пробивалось сквозь шторы и светило в глаза. Что нужно делать после перепоя? Он решил принять душ в отцовской ванной и страшно удивился, увидев Эла спящим поперек кровати. Он думал, что родители в Брайтоне. Наверное, они вернулись рано утром. Значит, хорошо, что Труди не появилась. Эван залился краской, представив, как мать застала бы его с девушкой. Вот это да! Она бы устроила страшный скандал.
Внезапно Эл потянулся и открыл глаза.
– Эван! – с улыбкой воскликнул он. – Что нового, мальчик?
Эван схватил пижамные брюки, которые слишком обтягивали его.
– Вы вернулись, – глупо констатировал он.
– Нет, мы еще в Брайтоне, – рассмеялся Эл и вылез из кровати. Он был гол, и Эвану страшно хотелось отвести глаза от отцовского тела.
– Мне нужно в ванну, – сказал Эл, – не уходи. Так хочется с тобой поговорить, мы редко видимся. Где ты все время пропадаешь? Завел подружку?
– Нет, – пробормотал Эван, сожалея, что не может рассказать отцу о Нелсоне.
– Вот уж не поверю, – из ванной послышался шум льющейся воды. Эван кинулся к двери. Может быть, отец не заметит, что он ушел. Эл быстрой походкой вернулся в спальню. Он так и не оделся, и Эван подумал, что ему еще далеко до отца. Его мужское естество казалось таким маленьким. Он позднее подумает над этой проблемой.
Эл почесывал живот и изучал сына. Боже, какой он тощий. Его надо развивать. У парня совсем нет мускулов. А волосы, грязные патлы до плеча.
– Тебе придется постричься, если хочешь поехать на гастроли.
– Зачем?
– Эта прическа тебе не идет. Ты что, никогда не моешься?
– Иногда.
– Я мою голову каждые два дня и хожу к парикмахеру раз в шесть недель. В следующий раз обязательно возьму тебя с собой. Ты должен следить за своей внешностью.
– Зачем? – ехидно улыбался Эван. – Я же не звезда.
– Нет, и никогда ею не станешь, если будешь так выглядеть.
– А мне это и не надо.
– Хорошо, хорошо. Никто тебя не заставляет. Что собираешься делать сегодня? Хочешь пойти со мной на репетицию?
– Нет, спасибо.
– Деньги нужны? Ты куда-нибудь собираешься?
– Дай мне пять фунтов.
– Вот, возьми, но не говори матери. Ты знаешь, она не любит, когда я даю тебе деньги.
Эван схватил банкнот с трюмо. Эдна настаивала, чтобы он укладывался в три фунта в неделю. Во всяком случае, отец хоть это понимал.
– Встретимся за ужином, – сказал Эл. Эван кивнул головой.
– Ты возьмешь меня на гастроли? – выпалил он. – Ты же обещал. А она не поедет?
– Кто она?
– Мама.
– Нет, но никогда не называй маму «она». Возможно, я захвачу тебя с собой.
– Но ты же обещал?