– Вот так гостеприимство!
Тик участился, но мысли проститутки были только о деньгах, которые она только что спрятала. Негритянка направилась к двери. Когда она проходила мимо, Даллас заметила, что Бобби дрожит. Она внезапно схватила бывшую подругу за локоть и закатала рукав рубашки. Вся рука была покрыта следами от уколов.
– Ты все-таки села на иглу, – с сочувствием произнесла Даллас. Бобби выдернула руку.
– Пошла к черту! – зло скалилась она. – Тоже мне, мамочка! Только не говори мне, что Бобби стала плохой девочкой!
– Тебе нужна помощь.
– К черту твою помощь! Мне она ни к чему, – она бодро улыбнулась. – Разве ты не знаешь? У меня железные мозги. Это помогает мне жить, – и виляющей походкой вышла.
– Когда-нибудь тебе понадобится друг. Но тогда не стучи в мою дверь, – бросила ей вслед Даллас.
Негритянка ушла. Даллас смотрела, как она спускается с холма в драных сапогах и нелепом парике.
Было тяжело на душе. Даллас прекрасно понимала, что Бобби вернется. Двести долларов – только начало. Имея такие дорогие привычки, она быстро потратит деньги.
– Я думаю, вам следует заняться мной, – говорила девушка. Она была очень хорошенькой, с массой светлых кудряшек и обворожительной улыбкой. Розовый язычок облизывал полные блестящие губы. – Не могу понять, почему вы сопротивляетесь. Мы отлично поладим. Я буду очень уживчивой клиенткой, – она подчеркнула слово «уживчивой» – чтобы у Коди не осталось сомнений в том, что она имела в виду.
Он прочистил горло, радуясь, что их разделяет огромный стол.
– Видите ли, Кэрол… – начал он. А потом выдал целую тираду ничего не значащих слов. В последнее время он здорово преуспел в отшивании клиентов. Он обычно говорил: «Не звоните мне, я сам позвоню вам». И баста!
Странные люди набивались ему в клиенты. Если бы он просто хотел зарабатывать деньги, то подписал бы контракты со всеми.
Кэрол Камерон была малоизвестной начинающей киноактрисой. Она сыграла главные роли в двух фильмах ужасов. Ничего порнографического. Беда была в другом. Девушка напрочь лишена таланта. Она просто переспала с половиной Голливуда, чтобы получить эти роли.
Коди она не нравилась, но если бы даже у него зашевелилось желание, то на решение оно бы не повлияло. Нельзя смешивать секс с бизнесом. Он понял это с Даллас.
Кэрол отлично понимала, когда ей давали от ворот поворот. Она поднялась, одернула прилегающее платье. Сквозь тонкую ткань торчали соски.
– Подумайте еще, Коди. Может, зайдете ко мне позднее, мы можем выпить чего-нибудь?
– Я ужинаю у матери, – быстро ответил он. Иногда мамочка оказывалась по-настоящему полезной.
– Тогда позднее, – мурлыкала Кэрол. – Вы же не останетесь ночевать у мамы?
Коди рассмеялся, словно над шуткой. Хотя у этой леди явно дурной вкус.
– Скорее всего, не смогу… – зачем извинения? Почему не отказать сразу?
И он произнес:
– Нет.
– Нет? – переспросила она.
– Не смогу.
Она тут же выпалила:
– Стыд-позор! Может, в другой раз? Я позвоню.
Нужно взять это на заметку и предупредить секретаршу, что для мисс Кэрол Камерон он всегда отсутствует.
– Прекрасно. Буду ждать с нетерпением!
Она послала Коди воздушный поцелуй и вышла из кабинета, виляя задом. Так старомодно вилять задом. Даллас плыла, а не ходила. Сексуально, как красивый леопард.