Она послала ему пару вязаных красных носков, а когда это не подействовало, еще одну – голубую, с его инициалами.
Коди послал ей цветок в горшке со своими извинениями.
Ирина посетила его квартиру и красной помадой расписала входную дверь одним словом: ублюдок. Он прекрасно знал, что это сделала именно она, потому что ни у кого из его знакомых такой помады не было.
В новом офисе было красиво. Он купил антикварный стол, вертящееся кожаное кресло и нанял шестидесятилетнюю секретаршу со вставными зубами. Они сидели друг напротив друга и ждали телефонных звонков. Но их не было.
Коди не стал знаменитым агентом и менеджером по мановению волшебной палочки. Придется еще потрудиться. Нужно дать понять, что он ждет клиентов. Скорее всего, теперь люди считают его слишком известным.
А пока он читал сценарии и романы, надеясь найти историю для первого фильма Даллас. Она должна быть удивительной. «Женщина для мужчин» – это только начало.
В субботу Даллас весь день проработала на площадке. Старались снимать как можно быстрее, чтобы вовремя выпустить первую серию.
Они были на пляже. Стоял прекрасный день. Жаркий, солнечный, без тумана. Кики сделала для нее потрясающий купальник. Белые кожаные шнурки обвивали тело.
– Представляешь, какой у меня будет загар! – пошутила Даллас, когда Коди появился днем.
– Вот и прекрасно, – отозвался он, – Жаль, что ты такая уродина!
Даллас показала ему язык.
– Талантливая, но уродина!
– Заткнитесь, мистер Хилз! Я хотела пригласить вас на ужин, поджарить мясо на свежем воздухе. Что думаешь? Тебя устраивает провести вечер в моем доме? Может, сам купишь мясо?
– В твоем приглашении мне больше всего нравится то, что я должен платить.
– Ладно, я заплачу за мясо, но не знаю, успею ли купить. Коди легонько поцеловал ее в щеку.
– Не могу, моя драгоценная клиентка. К маме приехала сестра из Кливленда, она мечтает повидаться с известным голливудским агентом. И надеется, что ее дорогой племянник расскажет о жизни Джона Уэйна и Дорис Дэй.
– Джон Уэйн и Дорис Дэй!
– Я же сказал, что она из Кливленда, а там о других кинозвездах не знают. Если не считать Лесси и Рин Тин Тин.
– А кто такой Рин Тин?
– Не заставляй меня чувствовать себя старым. Мне только двадцать восемь.
– И ты еще очень сексуален. Ассистент режиссера позвал Даллас.
Коди смотрел, как ее снимали, и не мог оторвать глаз. Все остальные мужчины тоже.
Два дубля – и она вернулась:
– Значит, ужина не будет? Променяешь меня на старушку из Кливленда?
Коди горько вздохнул.
– Я говорил тебе, что сегодня буду занят. Если я приглашу тебя к матери, нас поженят еще до конца ужина! Знаешь, я заеду позднее.
– Нет. Я рано лягу спать. Очень устала.
– Может быть, устроим ужин завтра? Пригласим Кики и Чака.
– Отлично, – весело согласилась Даллас. Но на самом деле ей было не сладко. И очень одиноко. Но она не хотела, чтобы Коди догадался об этом. Иначе он отменит ужин у матери, а это вызовет проблемы в семье. Даллас прекрасно понимала, что ему трудно. И он мечется между любовью и ненавистью. Именно поэтому она улыбнулась, словно ничего не случилось, и просто отшутилась.
Наверное, ей стоит лечь спать пораньше. Даллас уставала, как собака. И ночью изможденная валилась в постель.