— О, нет такой причины, которая служила бы оправданием измены.
— Ты ошибаешься, Эрахот.
— Ну так расскажи мне, учитель!
— Белионд задумал страшное…
— Хватит! — хлестнул окрик, от которого тряхнуло уже Краснова.
— Ты! — сцепил зубы Меренаки, выдернув меч из ножен.
— Я! — улыбнулась она в ответ. — Кажется, ты хотел убить меня? Ну, давай, смелее.
Карари застыл, потом медленно обернулся, обжёг взглядом Олега, от которого тому захотелось умереть на месте
— Сразимся! Один на один, меч против магии!
Заэттра расхохоталась, вися в воздухе на почтительном расстоянии:
— Я начинаю в тебе разочаровываться, «учитель»! Что за детские игры? Есть предложение получше: отдай девчонку и человека, а сам можешь убираться. Преступник и пацан мне тоже ни к чему. Или вы все тут сдохнете. Без вариантов.
Она направила на них руку с браслетом.
— Легко не будет, Заэттра — ответил Меренаки, повернув своё оружие так, чтобы девушка увидела причудливую вязь на плоскости меча. Увидел, что с её лица сошла краска.
— Отряд, мечи наголо! — скомандовал Эрахот, подобрав шлем и надев его.
Карари, Меренаки и юноша придвинулись друг к другу, приготовились к защите. На глазах Илеси выступили слёзы.
— Вилен! — прошептал на ухо парню мастер. — Даже не думай. Беги в к проходу, спаси Илеси и Олега.
— Но, учитель!
— Без «но»! Заэттра сама всё сказала. Мы им не нужны, а вот они…
— Терпение заканчивается, Меренаки! — крикнула Заэттра.
Из браслета на её руке вытянулись пластины и сложились треугольником.
— Бегите! — страшно крикнул мастер.
— Нееет! — ожила Илеси, пытаясь схватить его за руку.
Вилен решился, напружинился, поднырнул под неё, взвалил на плечо и потащил к дыре, скрывающуюся за поворотом. За считанные секунды он набрал такую скорость, что никакому Усейну Болту и не снилась. Рванувший за ним Краснов с кейсом за спиной безнадёжно отстал.
Из браслета вырвался голубоватый шар, ударил по бунтарям. Причудливая вязь на клинке Меренаки вдруг засветилась, меч поглотил энергию без остатка. Заэттра грязно выругалась, глянула на руку, устремилась за убегающими. Карари зарычал, прыгнул в толпу, плечом снёс с ног двоих, словно те были пластиковыми манекенами. В туннеле стало жарко, словно в аду.
Карари сшибся с Эрахотом, напирая на него и рубя. Меч в руках защищающегося стонал и вибрировал, едва успевая смещаться в сторону свирепых ударов. Удары были столь молниеносными и сокрушающими, что он только и мог, что отступать и защищаться. Более того, с каждым новым натиском, офицеру открывалась ужасающая реальность: он не выстоит. Карари, видя страх в глазах командира, завертел тесаком с удвоенной быстротой. Навал был неимоверным: никакого фехтования, финтов и обманных движений, одна лишь дикая, безудержная сила. Броню великана искорёжили вмятины, меч покрылся щербинами.
Двое солдат, оправившись от шока, поспешили на помощь к изнемогающему офицеру. Но не успели: Карари выбил меч из ослабевшей руки, успел увидеть панический взгляд сквозь прорезь шлема, оскалился зверем и рубанул в шею. Голова, крутясь, подлетела, разбрызгивая веером рдяные капли, покатилась по каменному полу, гремя железом. Тело упало на колени, неуклюже прислонилось спиной к стене, заливая кровью пластины на груди и животе.
Меренаки, оказавшийся лицом к лицу с тремя противниками, сражался с ледяным спокойствием. Не смотря на всё старание, им ни разу не удалось его обмануть или запутать. Что только они не пробовали: показывали атаку с одной стороны и наносили с другой, внезапно меняли направление ударов, пытались действовать одновременно с разных сторон. Чутьё и опыт мастера оказались неподражаемыми. Все комбинации он распознавал сходу, вовремя отводя удары, уходя в сторону, предупреждая атаки, сбивая не вовремя поднятые или отведённые клинки. Пару раз он серьёзно достал противников кончиком меча, разрезав одному сухожилие на бедре между щитков, а второму — бок.
Карари, меж тем, уже жарко бился с двумя солдатами, которых он сбил с ног в начале боя. Тут уже ему пришлось туго. То, что сработало против одного, не работало против двоих.
Олег со всех ног нёсся к проходу. Гитарный кейс нещадно лупил его по пояснице и затылку. Впереди Вилен тащил, изо всех сил пытаясь удержать брыкающуюся и голосящую Илеси. С ужасом человек увидел, что прямо у него над головой, словно болид, с гулом пронеслась Заэттра. Остановилась на мгновение, глянула на руку, навела на юношу. Оружие вспыхнуло, но тут же погасло.
— Заэттра, не надо! — задыхаясь, крикнул Краснов.