«Не могу отделаться от мысли, что меры безопасности во дворце какие-то… минимальные. Возможно, это кажущееся безразличие к охране объекта номер один? И на самом деле все так идеально устроено, что комар и носа не подточит. Или они правда ничего не боятся и не верят в возможность потенциальных угроз? Я и сама, наверное, теперь важный государственный объект, стоит ли мне беспокоиться? Очень может быть, в «Игре престолов» мне бы точно угрожали тысячи мечей, ядов и всяческих подстав. Почему Эрик не волнуется на этот счет? Сам в день моего появления вышел на площадь в сопровождении нескольких десятков воинов. Как это расценивать? Они охраняли его королевское достоинство, что ли? Чтобы его не разорвала толпа голодных женщин? Звучит неправдоподобно. Но ведь так и выглядело! Я чего-то явно недопонимаю…»
Она обернулась на него – поза осталась без изменений.
– Король спит, – прошептала Влада. – Мой король.
Она снова посмотрела в окно. Кумарун мерцал в безоблачном небе, соперничая красотою со звездами. Казалось, едва заметно начало светать. Охранники скрылись из вида, и площадь стала совершенно пустынной, лишь в центре возвышались колонны, окружающие «лобное место».
«Должна ли я перебраться сюда с вещами? Мне здесь нравится, но и белая комната стала уже родной. Этот вид из окон... Сегодня уже четверг, завтра пятница, послезавтра суббота. Он говорил, что это происходит каждую субботу. Как я буду жить здесь, зная, что там – на площади – он делает это с ними? Не ревнуй, Влада. Ты взрослая женщина и понимаешь значение слова “надо”. Это официальные измены, прописанные в законе. Что, так сложно принять это? Короне нужен наследник, ты ведь понимаешь. Так в чем же дело?.. Твою мать! Ну как в чем дело? Как можно спокойно к этому относиться! Надо будет поговорить с ним об этом, выбрать удобное время. А что я скажу? Попрошусь пойти с ним? Не-е-ет, по крайней мере, не в первый раз. Попросить не ходить его самого – бесполезно, ты знаешь, что это невозможно. Но обсудить-то все равно надо, – понимала она. – Кстати, пора, наконец, вручить ему подарок. Неизвестно что он запланировал сегодня, вдруг опять не получится, схожу сейчас». Она накинула халат и на носочках босиком вышла из комнаты.
Коридоры ночного дворца тускло освещались, было жутковато. Влада хорошо запомнила обратную дорогу и беззвучно пробиралась к своей комнате, стараясь не думать, что ногам неприятно и холодно. Спустившись по служебной лестнице и завернув за первый поворот, она услышала характерные звуки, будто кто-то придается плотским утехам. «О, дворцовые интриги! Как пикантно. Кто бы это мог быть?»
Ответ пришел сам собой: «Ксюха! Не она ли блудит с охранником, или еще кем-нибудь? Ну а что, весьма вероятно, учитывая ее влюбчивую натуру, красоту местных мужиков и полное отсутствие общения с друзьями. Да и вообще любых значимых дел».
Влада находилась сейчас в том месте, где вчера днем видела стражника. Она прислушалась в попытках понять, из-за какой двери доносились звуки. Отыскав источник возгласов страсти, она смутно припомнила, что скорей всего именно возле этой двери и стоял охранник.
«Если я толкну ее, она, скорей всего щелкнет, как и моя. Тогда меня заметят. Нет, мне это ни к чему, – рассудила она. – Ну, а если дверь заперта, то и вовсе бесполезно пытаться. Наведаюсь сюда в другой раз».
«Почему ты думаешь, что это Ксюха? – спросило подсознание. – Мало ли кто занимается сексом во дворце? Ты ничего не знаешь про местных. Тут много горничных, кухарок, они живут под одной крышей с кучей мужчин – охранников, библиотекарей, садовников, сантехников. Наверняка масса людей занимается ночью этим».
От мыслей о дворце, в котором по ночам трахаются за каждой дверью с экто в главной роли, она немного возбудилась. «Вот так “Сказочки тысячи и одной ночи”, – подумала она. – Неплохой сценарий для высокобюджетного порнофильма. В Эйдерине ведь и порнушки даже никто не видывал… Должны же у них быть какие-то аналоги? Эротические книги, журналы или, может, фотографии или картины… А может быть, секс-театр? Хм… С последним я все же, наверное, перегнула».
Дверь в ее комнату была, как обычно, не заперта. Это обстоятельство стало заботить Владу: отчего допускалось такое попустительство к ее безопасности? Она вошла, свет включился автоматически. «Что-то никак не соображу, как работает освещение… То хлопать нужно, а то сам включается-выключается, но почти всегда впопад». Она отыскала рюкзак, вынула единственную конфету, натянула перед уходом сандалии и поспешила обратно к Эрику.
Проходя мимо двери со звуками былого удовольствия, она более ничего не услышала. В паху снова отозвалось эхо мыслей об эротической индустрии. «Все же не хватает мне старого доброго члена, чтобы выбить из меня всю эту дурь! Но…» Она вздохнула и не стала заканчивать мысль.
Влада юркнула в незапертую дверь цветной комнаты. Эрик сидел на кровати, по пояс прикрытый одеялом.
– Ты проснулся?
– Да, только что. Увидел, что тебя нет.
– Хорошо, что не кинулся меня искать.
– Вообще-то планировал, но решил вначале составить план, а потом уже бежать голышом по коридорам, – хмыкнул он.
– Я спускалась в белую комнату.
«Стоит ли ему рассказать, что я слышала?.. – задумалась она. – Не сейчас».
– Помнишь, я обещала подарок? Вот он. – Она протянула конфету.
Эрик взял незнакомый предмет в руки и пригляделся в полумраке. Затем оставил на коленях и хлопнул два раза в ладоши – лампы в люстре зажглись. После снова взял конфету и вгляделся в обертку.
– Это конфета, Эрик. Мое любимое земное лакомство. В моей сумке обычно всегда лежит парочка, но в Эйдерин я попала с одной.
Эрик поднес «Кара-Кум» к носу и принюхался.
– Пахнет сладостью.
– Попробуй.
Эрик неумело развернул обертку и легонечко надкусил. После продолжительного смакования сказал:
– Это очень вкусно. И не похоже ни на что, что я когда-либо пробовал.
– Правда? В вашем мире не растет какао?
– Сложный вопрос. Но мне ничего подобного ранее не встречалось. Может, и не растет. А как оно выглядит, какао?