Она стала целовать его щеки, подбородок, губы. Она покрыла его лицо поцелуями, легкими, как прикосновение крыльев бабочки.
— Джонни, ты так хорошо ко мне относишься!
Он медленно улыбнулся.
— А как же мне еще к тебе относиться? Разве ты не самый близкий мне человек?
Она снова прижалась к его груди.
— Значит, ты не сердишься на меня? — спросила она с дрожью в голосе.
В ответ он поцеловал ее в шею. Обхватив ладонями голову Джонни, она прижала его лицо к своей груди. Наклонившись, поцеловала его в макушку. Все было так просто! Так легко было сделать его счастливым!
— Джонни, — все еще нетвердым голосом спросила она, — а как проба?
Она почувствовала, как он вздрогнул от удивления. Он попытался поднять голову, но она не дала, ее руки удержали его голову между грудей.
Он глухо проговорил в ответ:
— Проба была очень хорошая.
Далси помолчала. Она чувствовала, как он гладит ее, ей стало тепло от его прикосновений.
— Проба была действительно хорошая, да, Джонни?
— Одна из лучших.
Она протянула руку и выключила лампу. Когда она начала расстегивать ему рубашку, он счастливо засмеялся и встал. Она наблюдала в темноте, как он двигается, раздеваясь. Через несколько минут он целовал ее в губы, крепко прижимая к себе ее горячее тело.
Они молча лежали в постели, лишь огоньки сигарет вспыхивали в темноте. Плавно опустив руку ему на грудь, она ласкала его пальцами.
— Джонни? — позвала она.
— Да? — отозвался он довольным голосом.
— Джонни, я вот что думаю.
— Что ты думаешь? — лениво полюбопытствовал он.
— Ну, та картина фон Элстера… — Она не закончила фразу. Сердце учащенно забилось у нее в груди. — Мы ведь вернемся сюда в конце марта…
Он повернулся и попытался разглядеть в темноте ее лицо. Несколько мгновений он молчал.
— И ты собираешься сниматься?
Она боялась ответить и молча кивнула в темноте.
— Почему? — просто спросил он.
После непродолжительного молчания слова сами полились из нее.
— Потому что я всегда говорила, что могу быть актрисой. Хорошей актрисой. Потому, что Синти и Уоррен никогда не верили в меня. Я хочу им доказать, Джонни. Они все время смеялись надо мной. Ты же сам сказал, что проба была хорошей. Пожалуйста, Джонни, дай мне сняться хоть в одной картине, это все, что я прошу. — Сейчас она не играла, она действительно умоляла его. — Ну всего лишь один фильм? Это мой единственный шанс доказать им. Больше я никогда не буду тебя об этом просить. Дай мне возможность сняться хотя бы в одной картине.
Он глубоко затянулся, горький дым обжег ему горло, и он медленно выпустил его через ноздри. Всего лишь одна картина! Это все, что она просит! Проба была хорошей.
Это была самая лучшая проба, которую они когда-либо делали. Когда он увидел ее на экране, его лицо покрылось испариной. Он понял, что ему не удастся удержать в своих руках такой талант.
Джонни оглядел сидящих в просмотровом зале. Все завороженно смотрели на экран, всех покорила ее игра. Даже Питер не сводил глаз с экрана.