Дорис слегка побледнела, но я был настолько возбужден, что не обратил на это внимания.
— Ты… ты имеешь в виду, вы собираетесь пожениться? — спросила она дрогнувшим голосом.
Я рассмеялся.
— Что значит «собираетесь»? Мы поженились вчера вечером.
Питер вскочил, подбежал ко мне и стал трясти руку. Эстер подошла к Далси и обняла ее. Лишь побледневшая Дорис, не отводя от меня взгляда, замерла на своем месте. Ее голубые глаза были широко раскрыты, она склонила голову набок, как будто старалась получше все расслышать.
— А ты разве не хочешь поцеловать своего дядю Джонни? — спросил я ее.
Она встала со стула и подошла ко мне.
Я поцеловал ее, почувствовав, как холодны ее губы. Затем она подошла к Далси и пожала ей руку.
— Надеюсь, что вы будете очень счастливы, — сказала она, целуя Далси в щеку.
Я посмотрел на них обеих. Они были примерно одного возраста, но меня поразило, насколько они разные.
У Дорис была очень белая кожа, волосы коротко подстрижены, рядом с Далси она казалась школьницей. Далси тоже изучала Дорис. Я видел это по выражению ее лица. Другой бы и не обратил внимания на этот взгляд, но я слишком хорошо знал Далси. В считаные секунды она может узнать о человеке больше, чем другие за много часов.
Эстер повернулась ко мне.
— Она очень красива, Джонни. Где вы познакомились?
— Далси актриса, — ответил я. — Мы встретились в театре в Нью-Йорке.
Теперь и Питер повернулся ко мне.
— Актриса, ты говоришь? Может, мы для нее подберем роль?
Далси одарила его улыбкой.
— Время для этого еще будет, — произнес я. — Сначала нам надо устроиться.
Далси не проронила ни слова.
Когда мы ушли, Далси обратилась ко мне:
— Джонни…
Не глядя на нее, я вел машину.
— Да, дорогая?
— А знаешь, она ведь влюблена в тебя.
Я мельком глянул на нее. Она смотрела на меня проницательным взором.
— Ты говоришь о Дорис?
— Ты знаешь, кого я имею в виду, Джонни, — сказала она.
Я засмеялся.
— На этот раз ты ошиблась, дорогуша, — произнес я неуверенно. — Для нее я всего лишь «дядя Джонни».
Она тоже засмеялась. Она смеялась над мужской недогадливостью.