Галерея продала еще шесть ню Аманды, на которых она изобразила себя. На тот момент она считалась самой знаменитой в мире моделью, в ее случае слава модели затмевала славу художника. Огромное зеркало занимало угол студии.
— Я не уверена, что хочу вновь раздеваться перед тобой. Ты и так очень возбуждена, — ответила Синди.
Аманда поцеловала ее в шею.
— Я тебя люблю, — просто ответила она.
Подобные разговоры не были у них редкостью, но Синди полагала, что за словами Аманды ничего не стоит. Она не верила, что Аманда действительно испытывает к ней романтические чувства, считала, что Аманду просто влечет к ней и она видит в Синди не только благодетельницу, но и подругу. Синди разрешала Аманде целовать себя в грудь и живот, когда позировала ей, но не позволяла зарываться в «ежик»... впрочем, Аманда и не пыталась. Когда они оставались вдвоем, Синди тоже целовала сразу набухавшие соски Аманды, но ничего больше.
Засвистел чайник. Аманда ушла на кухню и вернулась с двумя кружкам и дымящегося черного кофе.
— Я слышала, мистер Хардеман умер, первый мистер Хардеман.
— Хорошая весть, — отреагировала Синди.
— Обширный инфаркт. В его возрасте такое неудивительно.
— Он свое пожил.
— Помнится, ты говорила, что он будет жить, пока кто-то не прострелит ему сердце серебряной пулей.
— Его смерть дает нам шанс вывести наш новый автомобиль на дороги. Он обещал не вмешиваться, но именно этим всю жизнь и занимался. Он хотел, чтобы новый автомобиль выглядел так, как он должен выглядеть по его представлениям, каким он построил бы его тридцать лет тому назад. Я думаю, дай ему волю, он бы снабдил задние крылья ребрами.
— Как только появится ваш новый автомобиль, я его куплю, — вырвалось у Аманды. — Я...
Звякнул звонок. Аманда подошла к пульту и нажала кнопку, открывающую дверь подъезда.
— Это Грег.
— Мы не сможем говорить в его присутствии о Хардеманах, новом автомобиле или о чем-то еще. Я уйду через несколько минут. Он не захочет позировать...
— Нет проблем. Грег не ребенок.
Аманда представила его как Грегори Хаммерсмита. Юноша пожал руку Синди и сказал, что рад с ней познакомиться.
— Аманда говорила мне, что вы — ее подруга. Я слышал о мистере Перино, хотя никогда не видел его в деле, даже по телевизору.
— Грег, ты попозируешь в присутствии миссис Перино?
— Почему нет? — без запинки ответил он. — Чем больше народу, тем веселее, — и начал раздеваться. Снял ботинки, носки, футболку, джинсы, стянул трусики. Обнаженный, встал на низкую платформу и принял позу, соответствующую картине, которую заканчивала Аманда.
Синди старалась не смотреть на него очень уж пристально, но Грег ничего не замечал, потому что стоял, отвернувшись от нее. Еще юноша, с узкими грудью и плечами, но крепкими мышцами рук и ног, указывающими на то, что он занимался спортом. Бледная кожа. Полное отсутствие волос на теле, за исключением маленького светло-каштанового островка под животом. Синди не могла сказать, лежит у него член или все-таки чуть приподнялся. Достаточно длинный, но еще тонкий, юношеский, он изгибался над мошонкой.
— Мне нравятся картины Аманды, — говорил Грег, не поворачивая головы. — Хорошему, серьезному художнику позировать легче.
— Я знаю. Я тоже ей позировала.
— Также?
— Да.
Кончик юноши чуть приподнялся, словно мысленный образ обнаженной Синди вызвал у него мгновенную эрекцию.
— Грег, ты живешь за городом?
— Да. Хотя и не в одном из здешних больших поместий.
— Перино подумывают над переездом в Коннектикут.