— Что ты собираешься делать, Дэви? — мягко спросил Ирвинг.
— Не знаю. Не знаю, что мне делать.
— Выжидать больше нельзя, приятель, — сказал Ирвинг. — И не забывай, что проигравший выходит из игры.
— Знаю, — произнес Дэвид и наконец чиркнул спичкой. — Но дело вот в чем. Я знаю, что Корд не слишком-то балует нас вниманием, а иногда, возможно, даже тормозит нас. Но я знаю и то, что он может делать фильмы. У него есть чутье. Поэтому-то он и купил компанию. Он не просто тупой зад, как Шеффилд и ему подобные, которые знают только свою банкирско-брокерскую арифметику и ни о чем больше думать не хотят.
— Да, но у банкиров и брокеров все карты, — сказал Ирвинг.
— Знаю, — ответил Дэвид почти с яростью.
Помолчав, Ирвинг вдруг улыбнулся.
— Вот что, Дэви: я передам тебе наши голоса, и когда ты решишь, как лучше действовать, то проголосуешь и за нас.
Дэвид уставился на него.
— Правда?
Ирвинг рассмеялся.
— Похоже, у меня нет выбора, Дэви. Разве не ты возил нам те канистры из гаража Шоки?
— Вот и кофе! — объявила Роза, появляясь в дверях с подносом.
— Боже! — воскликнул Ирвинг. — Ты только взгляни на этот шоколадный торт!
Роза довольно засмеялась.
— Сама пекла.
Ирвинг откинулся на спинку дивана и простонал:
— Ох, доктор!
— Еще кусочек?
— Я съел уже три. Еще один, и вам придется делать мне пластическую операцию на желудке.
— Тогда лучше еще немного кофе, — сказала Роза, наполняя его чашку.
— Да, я хотел спросить тебя, Дэви, — сказал Ирвинг. — Ты никогда не слышал о девице по имени Дженни Дентон?
— Дженни Дентон? — переспросил Дэвид. — Нет.
— Ах, совсем забыл, — сказал Ирвинг, покосившись на Розу. — Ты ведь в эти игры больше не играешь.
— А что насчет Дженни Дентон? — спросила Роза. — Я знала такую.
— Вы? Откуда, док?
— Четыре года назад в больнице работала медсестра по имени Дженни Дентон.
— Примерно метр семьдесят, темные глаза, длинные темно-русые волосы и интересная походка?
Роза засмеялась.
— Вы имели в виду — сексапильная?