— Пойду за ним, — нервно ответил он. — Он же болен! Ему нельзя выходить в такую погоду.
— Не будь идиотом! — сказала она. — Пусть себе идет. Если ты только приблизишься к нему, он тебя убьет. Ты же видел, что он хотел сделать со мной?
Он застегивал рубашку.
— А что ты ожидала от него? — Он как-то странно посмотрел на нее. — Чтобы он аплодировал нашему исполнению?
Уоррен застегнул последнюю пуговицу.
— Прийти домой и увидеть такое! Надо же! — горько добавил он.
Прижавшись, Далси обняла его и заглянула ему в глаза.
— Это кто здесь говорит о морали? — раздраженно сказала она.
— Он болен, — повторил он. — Это видно и слепому.
Она продолжала смотреть ему в глаза.
— Ну и что? — ответила она. — Ему есть куда пойти.
Уоррен заметил, что ее глаза широко открылись, а зрачки расширились. В их глубине он видел свое отражение. Внезапно он схватил ее за волосы. Ее лицо исказилось гримасой боли, но в глазах не было страха. Она смотрела с вызовом, продолжая прижиматься к нему.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и с его губ сорвалось:
— Далси, ты стерва! — Голос его прозвучал резко.
Ее лицо приняло странное и страстное выражение, губы приоткрылись, обнажив полоску белых зубов.
— Итак, я стерва, — прошептала она, крепче прижимая его к себе. — Но вернемся в постель, нам надо еще кое-что закончить.
С того времени все изменилось. Однажды, вернувшись домой, она увидела, что все его вещи исчезли, а на столе лежала записка, короткая, только суть:
Она даже немного всплакнула и поклялась отомстить ему. С тех пор ее постоянно преследовало чувство одиночества. С каким бы мужчиной она ни встречалась, не было такого, который бы захватил ее душу и тело, как Уоррен Крейг.
Теперь Далси спокойно посмотрела на Марка. Как же он надоел ей со своим постоянным хныканьем! Сначала ей было интересно дразнить его. Она видела, как он крутился вокруг нее, и про себя смеялась над ним. Иногда она удивлялась, как он мог терпеть ее издевательства, как не наказал ее за это. «Слабак!» — думала она и улыбалась про себя. Он думал, что он такой знаменитый, жил в Европе, в Париже, в Вене, где мужчины знают, как обращаться с женщинами. Неожиданно она подумала, а не поехать ли ей самой в Европу? Ей снова хотелось быть в центре внимания. Картины с ее участием были там очень популярны.
Она внимательно посмотрела на него, прислушиваясь. Что это он там говорит? Какой-то член Совета директоров приехал на студию провести расследование, но Марк так запудрил ему мозги, что он ни в чем не разберется и теперь слоняется из угла в угол, не зная, с чего начать.
— Как, ты сказал, его зовут? — с любопытством спросила она.
— Ронсон, — гордо сказал он. — У него репутация ловкого парня, но я обвел его вокруг пальца, как ребенка.
Она заинтересовалась.
— А что за всем этим стоит? — спросила она.
Он пожал плечами.
— Так, кое-кто хочет отобрать компанию у моего старика, но у них ничего не выйдет.
Далси удовлетворенно улыбнулась.
— Расскажи мне подробнее, — попросила она. Она хотела знать об этом все. Возможно, это и есть ее шанс, чтобы расквитаться.
Ронсон скромно сидел на краешке кресла. Посмотрев на глубокий вырез ее платья, он стыдливо отвел глаза.
Она слегка подалась вперед и взяла кофейник.